Минск и длинный список величайших Европейских городов перестал существовать как город, населенный живыми людьми. Его жгли белым фосфором, вызывавшим пожары, контролировали вертолетами отстреливая часть гражданских машин, рвущихся из города, не разбираясь люди там или уже нет. Господство винтокрылов в воздухе продолжалось до тех пор, пока базы, расположенные недалеко от населенных пунктов Новые Зеленки и Логойск, не были захвачены гнусом ближе к пяти часам утра. Десятки наполовину разряженных ДПР127 не смогли ничего противопоставить вынырнувшим из ниоткуда машинам и многим сотням зомби, разбивавшим оптику, залепляющими грязью, густой коричнево-красной кровью и внутренностями датчики робота, переворачивающими и сжигающим их бутылками с бензином, давящими приехавшими следом тракторами. Новые и старые члены Братства действовали слажено, без приказов и промедлений, двигаясь без остановки, не требуя времени на сон, еду и отдых. С падением авиационной группы небольшим, но набиравшим силу ручейком на Север и Восток по трассам М-3, Е-30, М-4 потекли первые десятки машин, несущиеся по обоим полосам движения, объезжая разрушенные части дорог, пробивая свои собственные маршруты. Через двадцать минут, когда выход гнуса начал исчисляться сотнями машин, рухнули первые три карающие атомные бомбы. Раскаленные атомные грибы электромагнитным импульсом обездвижили всю технику в радиусе десятка километров, затем с разницей в доли секунды волна жара подожгла еще катящиеся по инерции автомобили, размягчая металл вместе с находившимися в них существами. Вскипающая плоть в радиусе пары километров от эпицентра воспламенялась, не оставляя зомби ни малейшего шанса. То, что находилось дальше, если оно в принципе могло гореть тлело и воспламенялось или дымилось. Краска на автомобилях вспучивалась, салоны вспыхивали, трава и деревья занимались огнем, тут же ломаемые взбесившейся от предоставленной ей воли ударной волной. Автомобили отбрасывало с сторону, асфальт взлетал в воздух черными хлопьями, падая на горящую растительность и тут же загораясь. Черный и серый дым обозначили точки попадания бомб вблизи некогда населенных пунктов Логойск, Жодино, Червень тремя широкими дымящимися и горящими кругами.
Через десяток минут, стараясь держаться вне уносимых ветром на восток потоков дыма, в небе появились беспилотники, обшаривая окрестность сканерами и передавая данные в центр. Как и ожидалось за пределами досягаемости теплового излучения и ударной волны, оставшиеся неповрежденными в складках местности десятки автомобилей, продолжали движение. Машины, чья электроника была выжжена электромагнитным импульсом были оставлены, и гнус продолжал свой путь пешком по горящей и дымящейся земле, впитывая радиацию и убивая в земле все то, что не погибло от ядерного удара. Ударные беспилотники, сотнями вылетевшие на охоту потрошили автомобили зажигательными и разрывными, оставляя горящие остовы машин, но вынуждая большую часть гнуса лишь спешиваться, разбегаться и ненадолго прятаться. Первые отряды, вышедшие из утопающего в белом фосфоре и горящего Минска, продвинулись исходя из данных объективного контроля на пятьдесят километров.
