– Алекс, всё это неверно, потому что виновата – я, – призналась Эмеральда. – Ты знала, что Человек в маске опасен, и сделала всё возможное, чтобы ему помешать. Это я тебе не поверила. Это я заставила тебя прекратить поиски. Это я не поняла, что ты под действием проклятия. И только из-за своих собственных ошибок я не смогла остановить Литературную армию, не позволить ведьмам переместиться в Другой мир, и Рук мёртв тоже из-за меня. Я беру на себя полную ответственность за всё произошедшее и теперь прошу тебя всё исправить. Пожалуйста, спускайся к нам, и мы сможем сразиться с проклятием вместе!
Казалось, Эмеральде удалось смягчить боль Алекс, но лишь чуть-чуть. В глубине души Алекс нашла силы оградиться от всех страшных мыслей и чувств, порождённых проклятием. Она утёрла слёзы и собралась с духом, готовясь спуститься к друзьям и семье.
– Не так быстро!
Морина вышла из-за угла и встала между статуями львов. Едва увидев ведьму, Алекс мгновенно утратила власть над собой и полностью подчинилась ей.
– Ну почему люди никак не желают оставаться там, где должны быть? – вздохнула Морина.
– Отпусти мою сестру! – закричал Коннер.
– Прости, никак не могу, – ответила ведьма. – У меня на твою сестру большие планы, но, увы, тебе придётся поверить мне в этом на слово – когда мы закончим, все вы уже будете мертвы.
– Неужели ты мало принесла бед? – спросила Эмеральда.
– Собственно, я ещё только начала, – сказала ведьма. – Алекс, держи своих друзей, чтобы они нам не мешали.
Алекс кивнула и махнула рукой на площадь. Лозы вырвались из земли, схватили Совет фей и пригвоздили их всех к земле. Длинные электрические кабели выскочили из гигантских экранов, обвили Коннера, Бри, Шапочку и Фрогги и прижали их к билбордам на улице. Статуи львов подпрыгнули и придавили Матушку Гусыню и Мерлина к асфальту.
– Умница, – сказала Морина. – А теперь уничтожь всё и всех в этом злосчастном мире, начиная с Нью-Йорка.
Алекс снова кивнула и взмыла в небо высоко над площадью. Она призвала ещё больше лоз, и те стали прорастать по всему Манхэттену квартал за кварталом. Растения обвивали здания, деревья, машины, фонари и почтовые ящики и крушили всё на своём пути, как цунами голодных анаконд.
– То есть теперь, раз уж твой план не удался, ты решила отыграться на целом мире? – крикнул Коннер.
– По сути – да, именно так, – ответила Морина со зловещей усмешкой. Но тут же нахмурилась, увидев, что перед ней к билборду прикован Фрогги. – Чарли! – воскликнула она. – Как ты выбрался из зеркала?
– Сделал доброе дело, – ответил Фрогги. – Это самоотверженный поступок, который человек совершает во благо другого человека, если вдруг ты не в курсе.
– Невозможно! – заявила Морина. – Никто не может спастись из волшебного зеркала! Потому-то я и пленила тебя там!
– Любопытно, учитывая, что я могу назвать как минимум троих человек, которым удалось освободиться, – ответил Фрогги. – Может быть, знай ты побольше о таких вещах, смогла бы в кои-то веки и достигнуть хоть чего-нибудь.
Морина свирепо уставилась на человека-лягушку.
– Оттуда, куда я отправлю тебя сейчас, ты не вернёшься точно, – сказала она. – Уж это я тебе обещаю.
Ведьма указала на Фрогги пальцем и сжала ладонь в кулак. Кабели вокруг тела Фрогги стали сжиматься туже и душить его. При виде того, как Морина пытает Фрогги, Красная Шапочка пришла в ярость.
Она незаметно высвободила левую руку, полезла в сумочку и вытащила швейцарский нож, который купила в аэропорту. Затем быстро освободилась и спрыгнула на землю.
– Эй, козлиха, а ну оставь мою лягушку в покое! – заорала она.
Ведьма обернулась. Попытки Шапочки бросить ей вызов Морину очень позабавили.
– Пожалуй, зрелища более жалкого я в жизни не видела, – сказала ведьма. – Неужели ты всерьёз надеешься остановить меня?
– Недооценивай меня сколько влезет, – сказала Шапочка. – Это ведь куда проще, чем признать правду, а, Морина?
– И какую же правду я должна признать? – фыркнула ведьма.
– Правду о том, насколько безумно и безмерно ты мне завидуешь! – выпалила Шапочка.
Морина расхохоталась в голос. Коннер и остальные нервно переглянулись – они понятия не имели, что задумала Шапочка.
– Ты думаешь, я завидую? Тебе? – спросила ведьма.
– Ты уже успела испортить мне свадьбу, проклясть одну из моих лучших подруг, заточить моего жениха в волшебное зеркало, и вот теперь ты душишь его у меня на глазах, – сказала Шапочка. – Если это не личная месть, то я не знаю, что это такое. Совершенно очевидно, что ты по некой причине одержима желанием разрушить мою жизнь, и что-то мне подсказывает, что всё дело именно в зависти!
– Объясни, пожалуйста, как человек вроде
– Как и почти всегда в моей жизни, ум здесь совершенно ни при чём, – сказала Шапочка. – Признай – ты завидуешь моей красоте!
– Что-что? – переспросила ведьма.
