Часть первая. Птенцы гнезда Горшкова
прозябавшие без женской ласки в мусульмански строгом Баку, курсанты-
химики попали, как куры в ощип, в объятия гостеприимного Севастополя.
Женились пачками. Обоймами. Как из пулемета. Охмурение шло по полной
программе. После азербайджанской столицы, где совместный поход с абори-
генкой в кино рассматривался как явное соблазнение и требовал немедленно-
го визита в ЗАГС с последующим вывешиванием подпачканных первобрач-
ной кровью простыней в окна, Севастополь с его фривольными курортно-
флотскими нравами казался почти что раем земным. Так что в первый год
добрую половину пришельцев из Баку окольцевали, как подопытных кроли-
ков в общественном стаде.
Но, как это ни удивительно, сызмальства готовившие себя к роли флот-
ских жен, большинство севастопольских «хищниц» безропотно и с готовно-
стью уезжали с мужьями в самые дальние гарнизоны. Провожали, встречали
своих благоверных из походов, растили детей, в общем, переносили тяготы
и лишения военной службы наравне со своей сильной половиной. Парадокс!
Какая уж тут цель, оправдывающая средства?
Однако не все покидали стены родного училища закованными в супру-
жеские латы. Очень многие, по разным причинам, входили в бурную флот-
скую действительность без какого-либо тыла. Их уже ждал следующий этап
порабощения. Теперь уже на боевом действующем флоте. Ведь одно дело кур-
сант, хоть и с предсказуемым, но все же туманным будущим. Другое дело –
молодой лейтенант или старлей, с неплохими деньгами по тем временам,
просматриваемой перспективой и главное – под боком. Тепленький, кото-
рому некуда спрятаться, просто готовый к употреблению. Методы были те
же. Дилетантские способы обольщения сменялись трезвым расчетом и же-
лезной выдержкой женщин более старшего поколения. Все стояло правда,
на том же крепком фундаменте. Партбилет, карьера, семейное положение.
Три источника, три составные части… В самих гарнизонах это не процве-
тало. Все друг друга знают, подавляющее большинство семейные, чуть что,
все у всех на устах. Неприятно. А вот вояжи на ремонт в северный Париж,
он же Северодвинск, Палдиски, Сосновый бор, Обнинск нередко оканчи-
вались скоропалительными браками.
Ну представьте: целый год не видишь ничего, кроме корабля, унылого
поселка, сопок, снега и камней. И вдруг Северодвинск, огромный город, ре-
стораны, красивые женщины, нормированный рабочий день от гудка до гуд-
ка. Даже женатые встряхивались. Хотя им это иногда тоже боком выходи-
ло. Благо женский пол Северодвинска подводников очень и очень любил.
Предприимчивые женщины без комплексов, после тяжкого и изнуряюще-
го труда в спальне давали обессиленным военнослужащим уснуть. Произво-
дилась проверка документов. Все данные снимались. И если мужчина ока-
зывался женат, то путем легкого и ненавязчивого шантажа с него взималась
определенная сумма денег. Исключительно на поддержание уровня жиз-
ни. В противном случае жена вполне могла получить дома письмо с очень
подробным описанием мужниного времяпрепровождения в славном Севе-
родвинске или Палдиски, с упоминание всех интимных подробностей, ко-
торые становятся известны только в постели. Вот и спонсировали, лишь бы
не было скандала.
Но это женатые. Их трудно окрутить, хотя и такое бывало. А вот холо-
стяки! Здесь и проще, и сложнее. Ведь уже не дети, на собственную глупость
никто не спишет. И точно так же бомбили политотделы письмами, что ваш
61
П. Ефремов. Стоп дуть!
офицер жил три месяца со мной гражданским браком, я беременна, или уже
родила, а он подлец ни в какую! Та же песня. Но просто так заставить офице-
ра жениться уже трудновато. Он уже не испуганный сосунок. Его, как гово-
рится, на понт не возьмешь. И если уж с женитьбой не выходило, то на али-
менты офицеров раскручивали. С паршивой овцы хоть шерсти клок. И пла-
тили ведь, без суда, без следствия, лишь бы скандал не раздувать. Вот такие
дела. Но все же период массового охвата на офицерском этапе мало-помалу
сходил на нет. Возраст прибавляет ума и осторожности и позволяет сделать
свой выбор самостоятельно, без давления со всех сторон. Так что больше
ума, господа офицеры!
Каких только орлов не выращивает флот! Никакой фантазии не хватит
представить. Оригиналы. Такие остаются в памяти навсегда…
Начальником кафедры морской практики у нас был капитан 1 ранга
Муравьев с подпольной кличкой Бешеный моряк. Прозвище свое Мура-
вьев получил абсолютно заслуженно. Оканчивал он, если не ошибаюсь,
какое-то надводное училище, про субмарины никогда даже и не думал,
но судьба сделала крутой поворот. На зарождающемся ядерном подво-
дном флоте страны катастрофически не хватало офицерского состава,
и руководство Вооруженных сил произвело комсомольский набор сре-
ди самых разных морских специальностей. Так Муравьев вдруг стал
подводником. А будучи офицером грамотным и честолюбивым, в кон-
це концов добрался даже до командирской должности. Каким началь-
ником был Бешеный моряк, я не знаю, но в училище он стал знаменит
одной своей шуткой, которую производил над всеми, кому довелось слу-
