– На работе это будет трудновато, но на танцах ты сможешь быть красивой. Приходи ко мне в следующую субботу, я уложу тебе волосы.
С этого все началось, да так и пошло.
Сив была из Стентрэска, училась в муниципальном профессиональном училище в Эльвбю, где изучала экономику, освоила стенографию и машинопись, а также профессию продавщицы, – это был годичный курс в здании неподалеку от железной дороги. В том же здании обучались и мальчики, там Карл выучился на сварщика. Вот уже два года Сив работала секретарем в церковной канцелярии. Она очень интересовалась фасонами и модой, а ее мама держала магазин одежды в Стентрэске. Но она готова была обсуждать и те вопросы, которые волновали Карин после посещения библиотеки: в антологии «Молодые либералы» Карин нашла эссе под названием «Условное освобождение женщин». Она начала читать его, потому что оно было написано Эвой Муберг, дочерью Вильхельма Муберга, написавшего серию романов «Эмигранты», но речь там шла совсем о другом. Эва Муберг выступала против представлений о «двух ролях женщины», настаивая, что у женщины есть только одна – «человеческая роль». Автор писала о том, как женщине приходится постоянно балансировать на канате: работать, производить на свет детей, следить за домом и к тому же быть привлекательной для мужчин.
– Не понимаю, что плохого в том, чтобы быть привлекательной, – сказала Сив. – Что, уже и ноги побрить нельзя?
– Мне кажется, она хотела сказать, что мужчина должен помогать по дому, если женщина работает, – ответила Карин.
– Да неужели так трудно помыть несколько тарелок и вытереть пол? – удивилась Сив.
Карин подумала, что Сив за свою жизнь вымыла не так много тарелок, ведь у ее родителей была прислуга.
А Сив поправила шпильку в своем твисте и вытащила новый экземпляр журнала «Дамский мир». Весь номер посвящен французской моде: все такое красивое, мягкое, женственное. С обложки на читателя загадочно смотрела женщина в светлой шляпке и белых перчатках. Однако внимание Карин привлекла надпись мелким шрифтом над головой у женщины: «НАДЕЖДА – НАША ПОДРУГА – новый шведский роман с продолжением о проблемах современной молодежи».
Они были такие разные – и все же многое их объединяло. В Мессауре жили в основном мужчины, некоторые привезли с собой семьи. Дети были маленькие и сопливые, а девочек-подростков – по пальцам пересчитать.
И Карл с Гуннаром тоже подружились.
Каждый день, после того как первая смена пообедает, у Карин выпадало полчаса свободного времени, чтобы присесть и поесть. Она взяла за правило брать газеты, отложенные рабочими, и читать во время еды – «Норрботтенс-Кюрирен» и «Норлендска сосиалдемократен». Некоторые наиболее радикально настроенные рабочие читали «Норшенс фламман», но эти газеты Свеа тщательно собирала и сжигала в железной печке, так что Карин не успевала до них добраться. Поначалу она читала в основном комиксы на предпоследней странице: про Карла-Альфреда и медвежонка Расмуса, а также про Вильмера Тринадцатого в одной газете, в другой – про Дракона и Петера Фалька и «Лил Эбнер». Там была и программа передач радио, и даже программка телевидения. Ближайшая телевышка находилась в Шеллефтео, до Стентрэска сигнал не долетал. Но ходили слухи, что в Эльвбю тоже поставят вышку – тогда и в Мессауре можно будет смотреть телевизор. Вокруг было столько объявлений о продаже антенн и телевизоров: в Центральном универмаге Стентрэска можно было купить 23-дюймовый аппарат «Грандиоз» за 1465 крон, включая ножки. Головокружительна сумма! Но зато можно будет выбрать из двух эксклюзивных отделок: тик или красное дерево.
А над лесами и горами у Северного полярного круга вовсю светило солнце, слепило людям глаза даже в полночь. На Троицу Сив с Гуннаром объявили, что назначена дата свадьбы.
О, это прекрасное головокружительное время!
Мать Сив была против, что создавало некоторые проблемы.
Сив не достигла совершеннолетия, для вступления в брак ей надо было получить официальное разрешение, но его выдавали только с согласия родителей или опекунов. Отец Сив не имел по этому поводу никакого мнения, а вот мать упиралась.
Гуннар Юханссон, правда, служащий, но с очень средней зарплатой и уровнем притязаний. К тому же молодые настаивали на том, чтобы венчаться в церкви в Мессауре – подслеповатой деревянной лачуге посреди леса. Матери виделась церковь в Стентрэске, вмещавшая до четырехсот человек.
– Но ведь все наши друзья здесь! – плакала Сив, и в конце концов все получилось, как она хотела. Так чаще всего и выходило. Оба родителя согласились подписать заявление, и разрешение на заключение брака было получено. К тому же Сив заявила, что намерена продолжать работать, хотя она и выходит замуж. Правда, после венчания на мужчину возлагалась обязанность содержать жену, но жена вдохновилась новыми временами и разговорами о независимости женщин. Она хотела сама зарабатывать себе на жизнь, охранять свою свободу.
– Любовь побеждает все, – говорила Сив, и Карин знала, что так и есть.
