Стормберги полностью

– Когда Лонгвикен был выкуплен фирмой «Ваттенфаль», полученное предстояло поделить, – продолжал Викинг. – Папа Густав имел определенное мнение, как следует поступить. Они с мамой построили себе дом и оставили за собой охотничий домик рядом с водопадом Тэльфаллет. А вы с Турдом основали свою транспортную фирму.

Эрлинг кивнул.

– Ужас, как глупо, – сказала Юсефин, – что вы, родные братья, разошлись из-за такой ерунды.

– Да уж, – сказал Эрлинг.

– Еще кофе?

– С удовольствием, – ответил Эрлинг. – А мороженое осталось?

Сив сидела на скамейке у могилы Гуннара. Принесла с собой сидушку, чтобы не испачкать пальто. Погода улучшилась, по небу плыли облака, похожие на сахарную вату.

Викинг сел рядом с ней. Гуннар умер от рака простаты осенью 2014 года, в возрасте семидесяти семи лет. Памятник был черный и прямоугольный, из отшлифованного гранита. Надпись шрифтом «хельветика» выбита на глубину в пять миллиметров – это означало, что за памятником не надо ухаживать: текст будет вполне читаем и через несколько сотен лет. Все это Викинг знал, потому что образцом при выборе послужил памятник на могиле Густава. Справа было оставлено место для Сив, когда она умрет.

– Кажется, это было вчера, или уже прошла целая вечность, – сказала Сив. – Ты веришь в Бога, Викинг?

– В которого из них? – спросил Викинг.

Сив улыбнулась.

– У вас с Гуннаром были тайны друг от друга? – спросил Викинг, и лицо старой женщины снова посерьезнело.

– Ясное дело, – ответила она. – По крайней мере у меня. Скрывал ли Гуннар от меня что-то, я не знаю. Но если даже и так, то в том и была суть – чтобы я не узнала.

Он кивнул.

– У Карин было много тайн, – сказал он.

Сив кивнула.

– И у Густава тоже.

Ларс-Ивар Пеккари был похоронен на том же кладбище, но Викинг не помнил точно, где именно. Тот пережил Густава на десять лет, умер в 1998 году.

– Памятник Карин готов, – сказал Викинг. – Ты его видела?

– Да что ты говоришь! – воскликнула Сив. – Мы должны пойти посмотреть.

Они медленно тронулись по тщательно расчищенной дорожке к захоронениям 1980-х, Сив – опираясь на роллатор. Викингу пришлось искать – он практически никогда не ходил на могилу отца, но наконец нашел. Имя мамы было чернее и отчетливее, чем имя папы. Камнетес доставил памятник утром того же дня.

Они уселись на скамью неподалеку. Викинг смотрел, как солнце отражается в блестящей поверхности гранита.

– Ты можешь рассказать мне о Карле? – попросил он.

Сив громко сглотнула.

– Что ты хочешь знать?

– Насколько близко они общались?

Сив долго перебирала пальцами край пальто.

– Карл и Карин вместе выросли. В Лонгвикене – об этом тебе, наверное, известно? В Мессауре они были неразлучны, но после изнасилования все изменилось. Он уехал и больше не вернулся.

Викинг кивнул.

– Карин так тосковала по нему, – сказала Сив. – И эта тоска не проходила. Но вот однажды на Рождество она получила открытку с номером телефона. Номер был в Хельсинки. Помню, как она плакала от счастья.

– Карл переехал в Финляндию?

– Лонгстрёмы говорили по-фински. Аделина, мать Большого Нильса, родилась в Рованиеми. Она покоится вон там, – сказала Сив, указывая на следующий ряд могил.

Викинг помог ей подняться на ноги.

– Бог ты мой, – воскликнул Викинг, – ей было девяносто семь лет?

– Все Лонгстрёмы доживали почти до ста.

Проработав всю жизнь в церковной канцелярии, она знала это лучше кого бы то ни было.

Они нашли скамейку в стороне. Перед ними чуть наискосок возвышался памятник на могиле Хильдинга и Агнес Стормбергов.

– Каким счастьем для Агнес стал переезд в Стентрэск! – сказала Сив. – Она до конца своих дней радовалась центральному отоплению и горячей воде из крана.

– Стало быть, мама и Карл встречались? – спросил Викинг. – Когда она была замужем за папой?

Сив кивнула, не поднимая глаз.

– Помнишь те конференции, на которые она ездила?

– На повышение квалификации?

– Не только.

Викинг закрыл глаза.

«Мама вернется в четверг вечером, веди себя хорошо, слушайся папу, пока меня нет…»

– В начале 1970-х они начали встречаться более регулярно, Карл перебрался в Мальмё, работал на верфи «Кокумс».

Викинг кивнул. Срок давности на ограбление в Калтисе вышел в 1972 году. Карл уже не находился в розыске.

– Помнишь, Карин училась один семестр в Лунде? – сказала Сив. – Осенний семестр 1973 года, после которого она получила диплом магистра.

Теперь, когда она упомянула об этом, он вспомнил – ему было лет десять – одиннадцать. Агнес на несколько месяцев переехала к ним, еще более ворчливая, чем обычно. Вскоре после этого она умерла – когда же это было? Он посмотрел на их памятник, но не мог разобрать год ее смерти.

– Тогда-то она и забеременела Свеном, – сказала Сив.

Викинг уставился на нее.

– Так она жила с Карлом, пока была в Лунде?