— Нам безразлично, к какому государству принадлежит лес, — резонно сказал лев Аслан, — потому что у нас нет государств. — Мы с Пухом оба любим лес и приходим на поляну помечтать. Нам все равно, кому это место принадлежит.
— И тебе не обидно, что ты, лев, лежишь рядом с чужим медведем?
— Как можно обижаться на Пуха? Он, конечно, громко поет. Но я в такие минуты засыпаю.
— Вот-вот! Если бы ты, лев Аслан, хотел спать, а Пух бы орал… тогда бы ты сказал: лес только мой! Не надо здесь пухов! Убрать с поляны следы пребывания Винни Пуха…
— Зачем делать такую глупость? — негодующе спросил Аслан и грозно шлепнул хвостом по табурету.
— Чтобы защитить свои права! — сказал гном Тонте.
— Разве у тебя есть права? — спросил мудрый Марк Уллис у гнома. — Какие у тебя права?
— На сокровища, которые я добыл.
— На камушки, которые ты откопал в горах?
— Тяжелым трудом!
— Откуда ты знаешь, что эти камушки — сокровища?
— Все вокруг говорят!
— Значит, тебе нужны все вокруг, чтобы понять, что камни, которые ты откопал, — это сокровища. Без них твои камушки — просто камни. Значит, без окружающих у тебя не будет сокровищ. Значит, защищать сокровища не от кого.
— Я запутался, — признался Тонте. — Получается, что своих прав у меня нет?
— Например, у меня нет прав, — рассудительно сказал Аслан. — Никаких прав, кроме права дружить с Пухом. Но это не право, а радость.
— Ты еще можешь дружить со мной, с Марком Уллисом или с кошкой Мурочкой. — Так сказал Кролик.
— Мур, — сказала Мурочка.
— Я и дружу с ними, — спокойно сказал Аслан.
— Представь, мы все тебе скажем: если хочешь дружить с нами, тогда не дружи с Пухом!
— Зачем вам так говорить?
— Ну просто так скажем, и все.
— Вы так не скажете.
— Но представь такой случай!
— Вы же не глупые.
— Можно выдвинуть такую гипотезу, — сказал Кролик. — Гипотетически можно выдвинуть ультиматум: мы или Пух.
Винни Пух переводил ошеломленные глаза с Кролика на льва Аслана, потом на гнома Тонте. Медвежонок был подавлен.
— Вы пошутили? — спросил Пух очень грустным голосом.
— У людей так бывает, — пояснил Кролик важно, — одни люди говорят другим людям: не дружите вот с теми людьми. А те люди тоже говорят этим другим: лучше с нами дружите, а на тех нападем. И тогда те другие начинают колебаться, с кем дружить и на кого нападать. И в конце концов все нападают на всех.
— А зачем они так делают? — пискнул Пятачок.
И Пух тоже спросил:
— Это зачем?
— Люди считают, что надо отнять у других людей деньги. И мед. И камни. А другие люди не хотят отдавать, — сказал мудрый Марк Уллис.
Тигр Ры зарычал, а Дядюшка Френдли заметил:
— Поэтому люди так недолго живут. И живут глупо: убивают друг друга и болеют от злости и зависти. Мы стараемся их учить, но не всегда получается. Пока люди маленькие и дружат с нами, еще все хорошо. Дети ведут себя прилично. Потом дети становятся взрослыми и глупыми.
Марк Уллис объяснил всем:
— Люди называют нас игрушками. Хотя мы ни во что не играем, мы просто живем, а играют они. В камушки и в деньги. Обманывают и убивают друг друга.
— Они становятся хуже, чем звери, — сказал лев Аслан.
— Смешно, что люди считают нас неживыми. Хотя наша жизнь, по моим расчетам, — Кролик важно поправил очки, — в пять раз длиннее их собственной жизни.
— Все так. Но надо людям помогать, — сказал лев Аслан.
— Наш долг — защитить человечность, — сказал Марк Уллис. — Человечность, которую взрослые забывают.
В разговор вмешался толстый медведь-панда, которого звали По. Это был тот самый новый медведь, которого Мария недавно встретила в магазине около школы. Оказалось, что бамбуковый медведь По сидел подле кошки Мурочки на коленях у Марии, просто его не сразу заметили.
— Человечность — это то, о чем писал Конфуций, — сказал панда По.
— И что именно он писал? — уточнил Кролик и снова поправил очки.
— Конфуций писал, что всем надо быть добрыми.
— Доброта — это мед, — сказал Пух. — Вот что такое человечность.
— Доброта — это когда ни у кого нет прав, потому что права ни к чему, — сказал Аслан.
— Доброта — это когда никого ни с кем не сравнивают, — сказал Марк Уллис. — Даже людей с нами нельзя сравнивать. Они нисколько не хуже нас. Просто другие.
— А люди нас сравнивают с собой и говорят, что мы не настоящие, — сказал дядюшка Френдли. — Верно, Ры?
Тигр Ры зарычал, но не сказал ничего. За него ответил гном Тонте.
— Про Пуха говорят, что у него опилки в голове. Про гномов рассказывают, что гномы жадные. А мы просто рудокопы.
— А еще говорят, что мы убегаем от хозяев, — сказал Пятачок. — И ссоримся с детьми.
— Мы не ссоримся, — заверил его Пух, — меда, желудей и чертополоха хватает на всех.
— А если не будет хватать, станем работать вместе с гномами, — добавил Пятачок, самый маленький, но упорный и храбрый.
Они бы еще долго беседовали, но раздался стук в дверь; электрический звонок давно не работал, в дверь стучали долго.
— Неприятный стук, — сообщил Кролик. — Кто-то барабанит в нашу дверь.
