Марк Рихтер привык задавать своим студентам самые простые и самые при этом неудобные вопросы. Войны за Неаполитанское королевство — где схлестнулись интересы французов и фантазии итальянских князей — чем эти войны интересны? Ведь всякий думал, что погиб за какое-то право. За что этому солдату выпустили кишки? У него была жена, деточки, он поехал на войну за обладание Неаполем, поскольку наследник престола точно не обозначен. И кондотьеру всадили в живот алебарду, проткнули селезенку, выворотили наружу кишки. Он ползет по земле, кишки волочатся за ним, солдат хрипит, блюет кровью и думает, что умер за правду. Интересны Неаполитанские войны не сами по себе, но тем, что завершились они противостоянием Франциска Первого и Карла Пятого, а затем — торжеством испанских Габсбургов. Большая игра. В ней и был смысл Неаполитанских войн. А кондотьер погиб, потому что дурак.
— Скажите, — спросил Рихтер у валькирии, — а почему именно Украина избрана на эту важнейшую роль? Мне как историку любопытно.
— За то, что права Украины веками попраны.
— Ах, права! Я медленно соображаю.
Целью войны не может быть усмирение Путина, потому что система, созданная Путиным, до некоторой поры всех устраивала. Все просвещенные народы уже приноровились к торговле со стабильной Россией. Что изменилось? Это не война «за Украину», это война «против России». Стравить народы легко; Шелленберг с такой задачей справился быстро, а теперь работают еще качественнее.
— Чтобы победить Россию, вам потребуется очень много оружия. Украина ничего не производит.
— Оружие даст Запад.
— Много?
— Столько, сколько потребуется, чтобы раздавить кремлевского карлика и вас, его рабов.
Жанна Рамбуйе говорит о трех контрактах, действующих одновременно. Некоторые понятны, думал Рихтер. Как он не догадался: этот газопровод разрушат, чтобы не было возможности коммуникации с Европой. Европу лишат российской энергии — вот в чем смысл. Разве англосаксы допустят союз Германии и России и сильную Европу? Деиндустриализация Европы — в третий раз за сто лет.
Неужели в такое можно поверить? И вот из-за деревни Шепетовка рухнет экономика Европы, обвалятся рынки, и деиндустриализация Европы спасет пузырь Америки. Так понятно. Но это конспирология, как мне скажут, думал Рихтер. Не исключено, что это обычная колониальная война. Но ведь такое предположение слишком упрощает дело.
— Усе буде Украина! — назидательно говорил комиссар Григорий Грищенко, и лимонные рейтузы его сияли.
И, похоже, комиссар Грищенко был прав: дело шло к тому, что все то, что прежде называлось «западной культурой», стремительно превращалось в Украину. Европа рушилась, превращаясь в окраину мира, в плохо отапливаемый санаторий для пенсионеров.
— Неужели все будет Украиной? — с горечью спрашивал Марк Рихтер. — Совсем все?
— Да! Мы защитники европейской цивилизации! — ликовали степные свободолюбивые люди: и говорили они это аккурат в то время, как западная цивилизация рассыпалась в пыль. Вольным сечевикам казалось глубоко естественным, что западный мир перестанет существовать ради того, чтобы им, вольнолюбивым обитателям степей, было комфортно. Поскольку превратиться в Европу Украина никак не могла, следовательно, все вокруг должно было стать Украиной. Требовалось низвести весь мир вокруг до состояния Украины и тем самым достичь результата.
Только реально ли низвести готическую Европу до степной Украины? Город — до села? Невозможно. Славянское племя возбудили. Зачем? По какому контракту?
— Вы понимаете, надеюсь, — басил Грищенко, — суть противостояния?
— Не вполне понимаю, — ответил Рихтер. — Скорее всего, люди Запада не видят разницы между племенами, как в Руанде: хуту убивают тутси. И только.
— Воевать русские не умеют, — сказал Жмур. — И как ворам воевать? Все генералы — взяточники и казнокрады. За Украину встанут лучшие армии мира. А вы, мародеры и карманники, побежите перед нами и забьетесь в свои вонючие норы.
Он прав, думал Марк Рихтер. Наверняка все растащили: от скрепок до ядерного топлива. Держится гнилая конструкция на том, что вор — каждый, и на каждого вора имеется досье, и на Западе отлично знают, что верховные российские командующие давно построили особняки в Майами. С такой армией легко воевать.
