Страх (комедия) полностью

Он бросается к ней, обнимает.

Елена Сергеевна. Кто это сейчас выходил от тебя? Мандельштам?

Булгаков (кивает). Кажется, он сошёл с ума…

Елена Сергеевна. Он не поздоровался… по-моему, он вообще ничего не видит… меня не заметил.

Булгаков вдруг замечает, что он до сих пор в пижаме.

Булгаков. Извини, подожди. Я сейчас!

Булгаков убегает в другую комнату. Елена Сергеевна осматривается, смотрит на портрет Булгакова. Входит Груня.

Груня. Халнасич! «Шампанское» достала, икры только триста граммов, а вот фруктов… (замечает Елену Сергеевну) Здрасте.

Елена Сергеевна. Добрый день.

Булгаков появляется на пороге, он в костюме и галстуке-бабочке, причёсан.

Булгаков. Спасибо, Груня, вы можете идти.

Груня гаденько смеётся.

Булгаков. Груня! Вы свободны!

Груня. Как скажете. Хозяйке не говорить, что ли? Червонец дайте.

Елена Сергеевна прячет улыбку.

Булгаков. Груня! (указывает на дверь, повышает голос) Пожалуйста!

Груня. А что это вы на меня кричите? Не те времена! И мы в своём праве! А что вы женщин водите, так это мы в газете пропишем. Я гляжу, газеток-то вы шибко боитесь!

Булгаков. Вон!

Груня. Увольняете, что ли? Расчёт дайте!

Булгаков чуть не руками выпихивает Груню за дверь.

Груня. Да что вы руки распускаете? Не те времена! Караул!

Булгаков наконец закрывает за нею.

Булгаков (поворачивается к Елене Сергеевне). Извини. Садись… Лена! Хочешь «Шампанского»?

Булгаков открывает, наливает, пытается делать это ловко, красиво, галантно.

Елена Сергеевна. Было жестоко посылать за мной Любу.

Булгаков. Мне больше некого… А я должен был тебя видеть… я не могу без тебя.

Елена Сергеевна. Повторяетесь, писатель Булгаков. Люба была настолько любезна, что просила передать: ночевать она не придёт.

Булгаков. Она чудная, правда? Давай за неё выпьем!

Елена Сергеевна усмехается. Пьют.

Булгаков. Ты останешься?

Елена Сергеевна (уходит от ответа). Этот костюм тебе очень идёт. Ты в нём похож на этот портрет.

Булгаков. А я его боюсь…

Елена Сергеевна. Костюм?

Булгаков. Портрет. На нём тускнеют краски… С каждым днём. Это предвещает что-то очень-очень плохое…

Елена Сергеевна. Тебе кажется. Ну, как это может быть?

Булгаков. Вот именно, тут дело нечисто… Может, он предрекает мне, что ты уйдёшь от меня… Не уходи!

Елена Сергеевна. Налей мне ещё.

Булгаков наливает.

Елена Сергеевна. Говорят, тебе звонил Сталин?

Булгаков (со страхом, расплескал «Шампанское» из своего бокала). Кто говорит?

Елена Сергеевна. Вся Москва. И не делай вид, что ты этого не хотел. Сам же и распустил этот слух…

Булгаков. Я? Нет! Может быть… ОН?

Булгаков залпом осушает свой бокал. Елена Сергеевна смеётся и над этим.

Елена Сергеевна. Расскажи мне об этом разговоре. Я хочу знать подробности.

Булгаков. Это был очень странный разговор. Он говорил со мной так, как будто он в этот момент был в бане… Говорил со мной, как из бочки…

Свет снова выхватывает из тьмы левый верхний угол, мы видим всё тот же кабинет Сталина, только теперь посреди этого кабинета стоит огромная бочка, в которой сидит Сталин. Видна только его голова. В его зубах дымит трубка, а у уха телефонную трубку держит молодой дюжий чекист, в форме, в фуражке. Другой такой же, чекист-брат-близнец первого стоит по другую сторону от бочки, держит наготове на вытянутых руках белую простыню.

Сталин. Здравствуйте, товарищ Булгаков. Это Сталин с вами говорит.

Булгаков. Я оробел, конечно, но ответил ему, что рад.

Сталин встаёт в бочке в полный рост.