Страх (комедия) полностью

Сталин. А что, может быть, правда, отпустить вас за границу? Что? Мы вам очень надоели?

Сталин начинает выбираться из бочки, тряся голыми телесами. Всё это время левый чекист пытается удержать телефонную трубку у уха Сталина.

Елена Сергеевна. Откуда ты знаешь, что он в этот момент стал из бочки вылезать?

Булгаков. Ну, ты же просила подробности, вот я и пытаюсь их… вспомнить…

Елена Сергеевна (смеётся). И что ты ответил?

Булгаков. Я ответил, что много думал в последнее время и мне кажется, что русский писатель не может существовать вне своей Родины.

Елена Сергеевна. Находчиво. Но неправда…

Булгаков виновато пожимает плечами. Правый чекист начинает оборачивать голого Сталина простынёй.

Сталин. Вы где хотите работать? В Художественном театре?

Булгаков. Да, я хотел бы, но мне там отказали.

Сталин. А вы подайте заявление туда, мне кажется, они согласятся.

В этот момент правый чекист надел на голову Сталина лавровый венок. И Сталин стал Нероном с усами и трубкой во рту и застыл памятником самому себе. Левый чекист убрал от его уха телефонную трубку и оба близнеца в фуражках почтительно склонились перед отцом народов, лучшим из людей.

Елена Сергеевна. В самом деле, Рим периода упадка… Но ты же так мечтал уехать. Что же ты?..

Булгаков усмехается с пониманием, но отвечает явно не то, что у него на уме.

Булгаков. Знаешь, я подумал… Ведь я в письме написал, что хочу уехать с женой, Любовью Евгеньевной… А я не хочу с ней, я хочу с тобой… Не мог же я Сталину сказать, мол, Иосиф Виссарионович, вы подождите, я сперва переженюсь, увезу жену одного из ваших военачальников, а потом…

Кабинет Сталина гаснет. Елена Сергеевна смеётся. Булгаков любуется ею.

Булгаков. Как же я люблю твой смех. Я, правда, хочу, чтобы ты была со мной. Всегда. Останься.

Булгаков целует её.

Елена Сергеевна. Я не смогу остаться у тебя сейчас.

Булгаков. Почему? Что мешает?

Елена Сергеевна. Я всё ещё замужем.

Булгаков. Развод! Я требую, в конце концов! Ведь ты его не любишь, ты любишь меня!

Елена Сергеевна. Ну и что? Он хороший человек. И не сделал мне никогда никакого зла. Я не хочу, чтобы у него осталось в памяти, что я убежала от него ночью.

Булгаков. Ты добрая, ты великодушная!

Елена Сергеевна (освобождается от его объятий). Я объяснюсь с ним и вернусь завтра, утром.

Булгаков. Я не доживу до утра. Мне очень плохо. Я понимаю, что не здоров, но я не могу. Мне страшно.

Елена Сергеевна. Милый мой, хороший… Что же они с тобой сделали? Потерпи только до завтра.

Булгаков. Нет. Люба не придёт, даже Груня ушла. Я не смогу. Я пойду с тобой.

Они собираются выходить, открывают дверь, но на пороге стоит Шиловский с двумя мальчиками, Женей (10 лет) и Серёжей (6 лет). Шиловский в полной военной форме. Булгаков цепенеет, Елена Сергеевна мгновенно приходит в ярость.

Елена Сергеевна. Евгений Александрович! Вы подслушивали!

Шиловский. Нет, мы только подошли… Но того, что услышали, довольно.

Елена Сергеевна. Зачем же вы пришли?

Шиловский. Лена… Я за тобой.

Елена Сергеевна. Я, видите ли, с вами развожусь, товарищ Шиловский.

Шиловский. Нет, нет, этого не может быть, этого не будет. Полтора года прошло. Вы обещали, что всё кончено, что видеться не будете, и вот снова!

Булгаков. Есть вещи, которым противиться невозможно!

Мальчики жмутся к отцу.

Шиловский. Я умоляю вас, Елена Сергеевна! Одумайтесь, пока не поздно! Подумайте, что вы теряете… (оглядывает комнату