Страх Мудреца полностью

Мое понимание языка жестов адем выросло, и, как следствие, Темпи стал для меня неким большим, чем разочаровавшимся безразличным человеком.

Когда я научился читать язык его тела, он стал постепенно расцвечиваться новыми красками.

Он был заботливый и благородный.

Дедан, задевший его, выбрал неверный путь.

Он любил шутки, хотя многие из моих были плоские, а те которые он пытался рассказать всегда не имели никакого смысла в переводе.

Но это не значит, что между нами все было идеально.

Время от времени я до сих пор оскорблял Темпи, совершая ошибки общения, которые я не мог понять даже после их совершения.

Каждый день я продолжал повторял за ним в его странном танце и каждый день он многозначительно игнорировал меня.

- Сейчас Таборлину необходимо сбежать, - Мартин продолжил свою историю.

- Но когда он осмотрел пещеру вокруг, он не увидел ни двери.

Ни окон.

Все вокруг него был гладкий, твёрдый камень.

- Но Таборлин Великий знал имена всех вещей, так что все вещи были в его распоряжении.

Он сказал камню - Сломайся, - и камень сломался.

Стена порвалась, как лист бумаги и через это отверстие Таборлин мог видеть небо и вдохнуть сладкий весенний воздух.

- Таборлин создал выход из пещеры в замок, и, наконец, к дверям королевского зала.

Двери не пропускали его, поэтому он сказал: - Гореть! - они окутались пламенем и вскоре были не более, чем мелким серым пеплом.

- Таборлин вошел в зал и увидел короля Скифуса с пятьюдесятью стражниками.

Король приказал: - Схватите его! - Но охранники только что видели, как двери обратились в пепел, поэтому они приблизились, но никто из них не подошел слишком близко, если вы понимаете, что я имею в виду.

- Король Скифус крикнул, - Трусы!

Я сражу Таборлина колдовством и лучше его! - Он тоже боялся Таборлина, но хорошо это скрывал.

Кроме того, у Скифуса были его вещи, а у Таборлина не было.

-Тогда Таборлин сказал: - Если ты такой храбрый, верни мне посох прежде,чем начнем дуэль.

- Конечно, - сказал Скифус, хотя на самом деле он не хотел их вернуть, как вы видите.

-Он прямо перед тобой в этом сундуке.

Мартен оглядел нас заговорщицки.

- Как вы понимаете, Скифус знал, что сундук был заперт, а ключ был только один.

И этот ключ несомненно был в его кармане.

Итак, Таборлин подошел к сундуку, но он был заперт.

Затем Скифус засмеялся и еще несколько охранников.

- Это разозлило Таборлина.

И прежде, чем любой из них смог что-нибудь сделать, он ударил в верхнюю часть сундука рукой и крикнул: - Эдро! - Сундук открылся и он схватил свой плащ неопределимого цвета, обернув его вокруг себя.

Мартен еще раз откашлялся.

- Извините меня,- сказал он и остановился, чтобы сделать еще один глоток.

Хеспи повернулась к Дедану.

- Как ты думаешь, какого цвета был плащ у Таборлина?

Лоб Дедана немного наморщился, как будто он начал хмуриться.

- Что ты имеешь в виду?

Это неопределимый цвет, как я и сказал.

Рот Хеспи сжался.

- Я знаю это.

Но когда ты думаешь об этом у себя в голове, на что это похоже?

Ты же должен себе представлять это хоть как-нибудь, не так ли?

Дедан задумался на мгновение.

- Я всегда представлял его мерцающим, - сказал он.

- Как блестящая булыжная мостовая после сильного дождя.

- Я всегда думала о нем, как о грязно-сером,- сказала она.

- Как будто он выстирывался по дороге всё время.

- Это имеет смысл, - сказал Дедан, и я увидел как на лицо Хеспи снова вернулась нежность.

- Белый, - добровольно высказался Темпи.

- Я думаю белый.

Без цвета.

- Я всегда думал о нем, что он похож на кусок бледно-голубого неба, - признался Мартен, пожимая плечами.

- Я знаю, что это не имеет никакого смысла.

Но именно так я представляю это.

Все повернулись ко мне.

- Иногда я думаю о нем, как о лоскутном одеяле, - сказал я.

Сделанный полностью из лоскутного шитья, кучи разноцветных тряпок и обрывков.

Но в большинстве случаев я думаю о нём, как о тёмном.

Как будто он на самом деле имеет цвет, но слишком темный для любого, чтобы его увидеть.

Когда я был моложе, рассказы о Таборлине оставляли меня с широко раскрытыми глазами от удивления.

Теперь, когда я знал правду о магии, я наслаждался ими на другом уровне, где-то между ностальгией и развлечением.

Но я отвел особое место в своем сердце для плаща неопределенного цвета Таборлина.

Большая часть его силы была в его посохе.

Его меч был беспощаден.

Его ключ, монета и свеча были ценными инструментами.

Но плащ был сердцем Таборлина.

Это была маскировка, в которой он нуждался, которая помогала ему, когда он был в беде.

Защищала его.

От дождя.

От стрел.

От огня.

Он мог спрятать вещи в него, и плащ имел множество карманов, полных удивительных вещей.

Нож.

Игрушка для ребенка.

Цветок для леди.

Чтобы ни было нужно Таборлину, оно было в плаще неопределенного цвета.

Эти истории заставили меня умолять мою мать ради первого плаща, когда я был молод...

Я завернулся в свой собственный плащ.

Мой отвратительный, оборванный, полинялый плащ лудильщика был дорог мне.

Во время одной из наших поездок в Кроссон за продуктами, я взял немного лишней ткани и вшил несколько неуклюжих карманов внутрь.