Страх Мудреца полностью

- Вот именно, - сказал он, оглядываясь по сторонам.

- Ферма домашних животных.

Сад.

Парк.

Большинство лесов тоже.

Люди собирают грибы, рубят дрова, берут своих возлюбленных немного поласкаться и пообниматься.

Он покачал головой и потянулся прикоснуться к грубой коре ближайшего дерева.

Жест был странно нежным, почти любовным.

- Но не здесь.

Это место старое и дикое.

Ему глубоко на нас наплевать.

Если люди,которых мы выслеживаем,"насядут" на нас, им даже не надо будет задумываться о том,чтобы спрятать наши тела.

Мы будем лежать в земле на протяжении ста лет, и никто даже не приблизится, чтобы споткнуться на наших костях.

Я пытался не раздумывать о том, что Маер послал меня сюда, так же легко как он перемещал камни на доске в так.

Он послал меня в дырку на карте.

Место, где никто никогда не найдет моих костей.

КВОУТ ВЫПРЯМИЛСЯ в своём кресле, чтобы было лучше смотреть в окно.

Он просто придержал за руку Хрониста, когда они услышали быстрые, легкие постукивания по деревянному помосту снаружи.

Слишком быстрые и мягкие, чтобы быть тяжелыми ботинками фермеров, за ними последовал высокий взрыв детского смеха.

Хронист быстро спрятал страницу, которую он писал под стопку чистых листов, когда Квоут поднялся на ноги и направился к бару.

Баст откинулся назад, качаясь на двух ножках стула.

Через некоторое время дверь отворилась, и молодой человек с широкими плечами и тонкой бородой вошел в трактир, аккуратно пропустив в дверь вперед себя маленькую блондинку.

За ним была молодая женщина, держащая маленького мальчика, сидящего на ее руках.

Трактирщик улыбнулся, поднимая руки.

- Мэри!

Хэп!

Молодая пара кратко обменялась словами, прежде чем высокий фермерподошел к Хронисту, по прежнему держа перед собой маленькую девочку.

Бас поднялся на ноги и предложил свой стул Хэпу.

Мэри подошла к бару, небрежно выпутывая одну из рук маленького мальчика из своих волос.

Она была молода и красива, с улыбающимися губами и усталыми глазами.

- Привет, Коут.

- Я давно не видел вас обоих, - сказал трактирщик.

- Не хотите ли немного сидра?

Я выжал свежего этим утром.

Она кивнула, и хозяин налил три кружки.

Баст отнес две Хэпу и его дочери.

Хэп взял свою,но девочка спряталась за своего отца, робко выглядывая из-за его плеча.

- Молодой мастер Бен будет из своей чашки? - спросил Коут.

- Он будет, - сказала Мэри, улыбаясь мальчику, жующему свои пальцы.

- Но я бы не давала ему ее, если вы не готовы чистить полы. - Она полезла в карман.

Коут решительно покачал головой, подняв руку.

- Я не хочу этого слышать, - сказал он.

- Хэп не брал и половины того, что стоила работа, когда он ставил заборы обратно.

Мэри улыбнулась усталой, тревожной улыбкой и взяла кружку.

- Благодарю вас, Коут. - Она прошла туда, где сидел ее муж, разговаривая с Хронистом.

Она оворила с писцом,медленно покачиваясь вперед-назад,покачивая ребенка на бедре.

Ее муж кивал, параллельно вставляя слово или два.

Хронист обмакнул перо и начал писать.

Баст вернулся к бару и облокотился на него, с любопытством глядя на дальний стол.

-Я все еще не понимаю всего этого, - сказал он.

- Я точно знаю, что Мэри умеет писать.

Она присылала мне письма.

Квоут с любопытством посмотрел на своего ученика, а затем пожал плечами.

- Я думаю, он пишет завешания и распоряжения, но никак не письма.

Вам нужно,чтобы такие вещи были написаны без ошибок,четким почерком и без каких-либо недоразумений.- Он кивнул, указывая на Хрониста, делающего оттиск на листе, тяжелой печатью.

- Видишь?

Это показывает, что он судебный чиновник.

Все его свидетельства имеют юридическую силу.

- Но и священник может сделать это, - сказал Баст.

- Аббат Граймс может быть любым чиновником.

Он оформляет бракосочетания и ведет дела, когда кто-то покупает участок земли.

Ты сам сказал, что они любят свои записи.

Квоут кивнул.

- Это так, но священник любит, когда ты оставляешь деньги в церкви.

Если он запишет твою волю и ты не дашь церкви даже ломанного гроша... - он пожал плечами.

Это может сделать жизнь тяжелой в таком маленьком городке, как этот.

А если ты не сможешь прочитать...

хорошо, то священник может записать все, что захочет, не так ли?

И кто будет спорить с ним, когда ты умрешь?

Баст выглядел шокированным.

- Аббат Грэймс никогда не сделает ничего подобного!

- Он, вероятно, не будет, - уступил Квоут.

- Грэймс достоен сана священника.

Но, может быть ты хочешь оставить участок земли для молодой вдовы в переулке и немного денег для ее второго сына? - Квоут многозначительно поднял бровь.

- Это такое дело, чтобы парень обеспокоился тем, чтобы не священник записывал это.

Лучше, чтобы новость вышла после того, как ты уже мертв и глубоко похоронен.

В глазах Баста появилось понимание, и он посмотрел на молодую пару, пытаясь разгадать, какие тайны они пытались скрыть.

Квоут вытащил белую ткань и начал рассеяно полировать стойку бара.

- В большинстве случаев это проще, чем кажется.

Некоторые люди просто хотят оставить Элли музыкальную шкатулку и не слышать воплей других сестер об этом в течении ближайших десяти лет.

- Как тогда, когда умерла вдова Грэйден?