К центру Нира, несмотря ни на что, пёрла мощная группировка, включающая пару «Хтонов» и штук пятнадцать «Тигров» четвёртого поколения. Эти ребята на изи смели шестёрку наших «Витязей», после чего расшвыряли баррикады и покрошили в капусту тяжеловооружённых латников, пытавшихся выстроить стену щитов. Пирокинетики ничего сделать не смогли — вражины явно подготовились и вмонтировали в броню кучу защитных вставок. В основном, каббалистических. Вот бы мне такие машинки, мечтательно подумал я, прицеливаясь.
С шестисот метров я вообще никогда не промахиваюсь.
Выстрел.
Здоровенный и устрашающий «Хтон», занёсший дисковую пилу над поверженным противником, внезапно пошатнулся и стал заваливаться набок. Все процессы остановились, пила перестала вращаться. Ещё бы, управлять такой махиной без головы крайне проблематично!
В рядах штурмовиков что-то сломалось.
Мехи, до этого державшие строй и методично зачищавшие улицы от имперских солдат, начали перестраиваться. Думаю, полетел запрос на подкрепление, но ответить некому — радиста из штабного бронетранспортёра я тоже обнулил.
Второй «Хтон», споткнувшись на ровном месте, впилился фонарём в угол дома на небольшом перекрёстке, да так и остался — памятник, подпирающий балкон.
Перезарядка.
«Тигры» выдвинули на передний край бойцов с коловратами, но потеряли темп. Как следствие — получили удар от геоманта, а потом ещё и заморозку от криоса. Из соседних переулков выдвинулись «Борисфены», которые начали крушить вражескую технику длинными бензопилами. Я малость подсобил, сняв ещё одного пилота через проницаемый фонарь.
Следующие полчаса я потратил на методичный отстрел наиболее опасных вражеских одарённых. Все эти упыри, привыкшие работать на средних дистанциях, окопались в нескольких километрах от города под прикрытием мет, прыгунов и десятка тяжёлых шагателей. Пирокинетика я вычислил сразу — умник пользовался биноклем для более точного наведения на цель. И, должен признать, ему удалось устроить серьёзные пожары на западной оконечности города. Проблема мужика заключалась в том, что он вылез на крышу передвижного гусеничного штаба и тем самым подставился.
Бах.
Пуля разворотила череп умника на расстоянии в три тысячи сто метров.
Честно, не понимаю, зачем генерал решил засесть в персональном броневике. Штаб, как мне кажется, охранялся не в пример лучше. Думаю, это часть хитрой тактики халифатских мыслителей. Разделить офицеров, чтобы их тяжело было накрыть ударом геоманта. Опять же, мощный пирос третьего ранга спокойно испепелил бы эту неповоротливую хрень, атакуя по площади…
Перезарядив винтовку, я сосредоточился на близких объектах.
Должен признать, моя сегодняшняя охота здорово укрепила позиции защитников Нира. Осматривая окрестности через окуляр оптического прицела, я заметил, что кое-где наплыв вражеских солдат удалось сдержать, а в некоторых районах противника окружили либо отбросили на несколько кварталов, принуждая к перегруппировке. А как ориентироваться на поле боя, если нет связи со штабом и главнокомандующим? Правильно, никак.
Выстрел.
Шустрый мета, размахивающий топорами в опасной близости от нашего криокинетика, больше ничем не размахивает. Таков путь.
Следующая пуля остановила пилота «Гефеста», за которым уверенно вышагивала колонна из восьми «Тигров». Лишившись своего таранного монстра, «Тигры» заняли круговую оборону и тут же подверглись замораживающей атаке. Выстояли, но прилетело от геоманта. Улицу мощно тряхнуло, по асфальту зазмеилась трещина, уцелевшие руины домов начали складываться. А потом откуда ни возьмись пришли «Витязи» и покрошили врага в салат при поддержке средней силы кинетика.
В одном из западных кварталов сработала каббалистическая ловушка, установленная Чёрным Оком. Механизм был простым и чрезвычайно эффективным: как только по улице проходила колонна мехов. управляемых одарёнными, запускалась цепочка
Кстати, о големах.
Этого добра хватало с двух сторон, но лишь поначалу. Несколько дней обе стороны бросали друг на друга отряды искусственных тварей, вооружённых молотами, копьями, палицами и топорами. Големы крушили друг друга, иногда добирались до заправщиков или охраняемых бронемашин, но при столкновениях с мехами терпели неудачи. Сейчас у обороняющихся остались лишь те големы, которых они припасли на чёрный день, а у покойного генерала закрома опустели.
И вот я наблюдаю, как из крепости выдвигаются несколько сотен големов, разбиваются на три группы и топают на зачистку разрозненных сил противника. Кто-то из халифатских командиров понял, что дело дрянь, и отправил на перехват соединение из дюжины мехов, сопровождаемых отрядом копьеносцев.
