Вошел высокий плотный мужчина в хорошо сидевшем на нем костюме. На голове его было то количество волос, когда сказать, что он лысый, как-то еще рано, а что их остатки являются прической, уже поздно. Словом, следователь прокуратуры Мальцев.
– Я решил начать личное знакомство с оперативным составом с вас, Александр Геннадьевич, – сказал он, садясь напротив меня.
– Заместитель начальника криминальной милиции областного ГУВД подполковник Щукин Денис Юрьевич возглавляет все задействованные оперативные силы. – Я демонстративно, потому что официально курить в здании ГУВД было запрещено, достал из пачки сигарету, прикурил.
– Меня зовут Евгений Михайлович, – сказал он Сергею, игнорируя мой пассаж о Щукине.
– Майор Латыпов Сергей Николаевич, – представился ничего не понимающий коллега.
– Я закурю? – Гость, не дожидаясь ответа, достал сигареты. – А в этом кабинете отключена противопожарная сигнализация? Везде так: сигнализация неизвестно зачем установлена, если везде отключена. Случись пожар, ни один датчик не сработает.
– Надо было такую сигнализацию устанавливать, чтобы на сигаретный дым не срабатывала. Хотя такой, наверное, не существует. Я думаю, вы пришли поговорить не о правилах пожарной безопасности?
– Александр Геннадьевич, у вас не сложились отношения с моим предшественником. Я не знаю, в чем тут причина, но думаю, в нем. Наши молодые коллеги частенько перегибают палку. Но я не об этом. Вы говорите, что Щукин руководит всей оперативно-розыскной работой? Я это знаю. А еще я знаю, что и квартиру, откуда вышел сенатор, и его любовницу нашел не Щукин, а вы. И если бы преступники не опередили вас, то вы бы задержали связующее звено между заказчиком убийства и исполнителем. Опять-таки, как бы там ни было, сообщницу, Фаину Арсланову, вычислили тоже вы. Так с кого же мне начинать знакомство?
– Один-ноль в вашу пользу. Я думал, вы пришли наставить меня на путь истинный, планы там всякие писать, когда на доклад приходить.
– Боже упаси! Насколько я понимаю, Максимову Марию вы вычислили без всякого плана. Кстати, а где она, не знаете?
– Могу побожиться, к ее побегу мы отношения не имеем. Честно говоря, я о нем узнал только на совещании.
– Александр Геннадьевич, – перебил он меня, – я отнюдь не намекал, что вы можете иметь отношение к побегу свидетельницы. Если вы так подумали, то, значит, я неправильно выразился.
– Евгений Михайлович, давайте не будем, как в институте благородных девиц, следить за выражениями! Как сказали, так сказали.
Есть такой метод ведения опроса, когда внезапно задают вроде бы уточняющий, безобидный вопрос, и следят не столько за ответом, сколько за реакцией. Если он пришел подловить меня на мякине, то совершенно зря.
Я вдавил сигарету в пепельницу, откинулся в кресле.
– В ночь со вторника на среду мной была проведена установочная беседа со свидетельницей Максимовой Марией Александровной. Согласно секретной инструкции о фиксировании техническими средствами важных оперативных мероприятий, мной была проведена скрытая видеозапись нашего разговора. К сожалению, из-за технического сбоя аппаратуры запись не получилась. В ходе беседы свидетельница показала, что в течение длительного времени знакома с гражданином Сарибековым Ралифом Худатовичем…
Дальше я рассказал ему все, что мне поведала юная любовница сенатора. Или почти всё.
Следователь молча выслушал меня.
– Что запись не получилась, конечно же, досадно. Но ничего не поделать. Я попрошу вас оформить все, что вы мне рассказали, в виде справки для приобщения к уголовному делу. Второй документ, который потребуется от вас, это рапорт. В рапорте изложите свои мысли о том, как Арсланова была связана с убийством Сарибекова. Я думаю, двумя документами и ограничимся. Больше пока вам нечего мне рассказать?
– Пока все.
– Все ли, Александр Геннадьевич? А как вы вообще узнали о том, что у сенатора малолетняя любовница? Насколько я знаю, около подъезда, на месте убийства, вы очень уверенно сказали, что надо искать девушку лет пятнадцати-шестнадцати, и даже описали ее внешность. Надеюсь, вы не хотите сказать, что обладаете способностями медиума?
– Без комментариев. Считайте, что это закрытая секретная информация, которую я не имею права разглашать никому.
– Как хотите. Ну, теперь мне надо с вами кое-чем поделиться. Возможно, в чем-то вам это поможет, – он достал из папки лист бумаги, на котором была увеличенная фотография фрагмента капюшона и белокурого локона. – Буквально перед совещанием сотрудники ФСБ представили мне это. Как сказал Щукин, запись группы наружного наблюдения он вам уже показал. А это то, что он не мог показать, потому что аппаратура, способная так увеличивать видеозапись, есть только в ФСБ. Это увеличенное в несколько раз изображение человека, предполагаемого убийцы.
– У убийцы были длинные белокурые волосы? – «изумился» я.
