Мимо дома легкой уверенной походкой шел парень или мужчина, по одежде понять было невозможно. На голову незнакомец накинул капюшон, умышленно или нет, но скрывающий его лицо от видеокамеры. Капюшон, даже если учесть, что дождя в это время не было, вполне уместен – кусты около дома периодически склонялись от порывов сильного ветра.
– Останови. Какого он роста? Немного повыше, чем она? Крутани-ка назад. Теперь к нему. Короче, он примерно одного с ней роста. Это капюшон визуально увеличивает его рост.
«Арес». Я бы сказал, что по телосложению и росту – это он. Во всяком случае, подходит. Время было около двенадцати.
– Во сколько вы к ней поехали?
– Я уже прикидывал. Из ее квартиры я сделал первый звонок в два пятнадцать. Следовательно, выехали мы где-то в половине второго.
– Нельзя поточнее установить? Во сколько эти двое прокурорских уехали?
– По моим прикидкам, около двенадцати. Если ты намекаешь, не они ли ее укокошили, то не успели бы, – мрачно пошутил он.
– Они по росту не подходят. Оба выше, – автоматически, без всякой «задней» мысли, ответил я. – Получается, что я с девчонкой больше часа общался? Ну да, где-то около того или даже больше. О, вот он красавец, назад пошел. За сколько уложился? Прилично что-то. Двадцать минут!
– Скажем так, убийца не спешил. Что-то он в этой квартире искал и нашел. Или имел четкие указания не задерживаться больше определенного времени.
Все так же легкой походкой, держа руки в карманах, по слабо освещенному двору незнакомец удалился в обратном направлении, никем не узнанный и не остановленный. А на экране между тем приехал автомобиль с Сергеем и Щукиным. Как только они подошли к подъезду, запись оборвалась.
– Не густо, черт возьми.
– Зато понятно, что убийца был один. Что это мужик. Что он невысокого роста. Разве мало? – спросил Щукин.
– Денис Юрьевич, так, как одето это чучело, может нарядиться и старик, и пацан. Бесформенная куртка с накинутым капюшоном, кроссовки, джинсы – исключительно «ценные» приметы. Крутани-ка еще разок. Идет он как-то странно. Такое ощущение, что этот человек занимался танцами. Тебе ничего такого на ум не приходит?
– Специалисты сказали, что, судя по походке, этот человек действительно занимался или танцами, или балетом, или чем-то похожим. Он великолепно контролирует свое тело. Возможно, это не танцы, а восточные единоборства. Словом, единого мнения не достигнуто. Если не считать того, что все пришли к выводу, что данный субъект, вот здесь, смотри, оп! Видишь, как он перепрыгнул лужу? Он не остановился ни на секунду. Он привык так, без остановки, плавно совершать прыжки. И приземляется он очень аккуратно и, главное, ненавязчиво, без перехода. Он не меняет темп ходьбы. Выводы делайте сами.
– Блин, он не идет, а пишет! Запись можно скопировать?
– Исключительно для тебя, – он протянул СD-диск, посмотрел на время. – Пошли к генералу. Пора вкусить «березовой каши». Или ты предпочитаешь хорошего кожаного ремня с кованой пряжкой?
– Я сам твоему генералу подсыплю перца, если надо будет.
– Но, но. Посмотрим.
Проходило совещание не в кабинете, как обычно, а в специальном зале. На совещании присутствовали представители ФСБ и следователи прокуратуры. За большим столом на сцене, на почетном месте, рядом с начальником ГУВД и его заместителем, тоже генералом, но в штатском, восседал Городилов. Еще было человек десять мне незнакомых, которые, так же как и я, заняли места в зале.
Начальник ГУВД Новосибирской области занял центральное место. На его кителе было четыре ряда колодок, свидетельствующих, что генерал был награжден примерно двадцатью орденами и медалями. В многочисленных вооруженных конфликтах девяностых годов он не участвовал, значит, за боевые действия наград иметь не мог. Предположим, три медали у него за безупречную службу, пускай пять медалей за успехи в борьбе с преступностью, еще пара-тройка юбилейных, еще пара за то, что в жестокой карьерной войне он обошел соперников и стал генералом. А остальные-то за что?
Началось совещание неожиданно для меня.
– Объясните, Виктор Ростиславович, – после вводной чепухи сказал Городилов, обращаясь к следователю, – каким образом у вас сбежала свидетельница Максимова? Как вас, следователя, она смогла так обвести вокруг пальца?
Такой новости я не знал. Вчера Сергей доложил, что передал ее с рук на руки следователю и ушел спать. А тут вот какие события происходили! И ведь не позвонил никто, не сообщил. Меня «больного» не хотели тревожить? Это у нас-то? У нас из гроба вытряхнут и на работу идти заставят.
Следователь, сидевший на первом ряду, поднялся, обернувшись мимолетно, с нескрываемой злобой посмотрел на меня, потом, потупив взгляд, промямлил:
– Она попросилась в туалет. Я отправил с ней оперативника.
– Васильев! – рявкнул заместитель генерала.
Незнакомый мне парень, сразу же видно, на совещаниях такого уровня присутствующий впервые и вызванный специально для публичной экзекуции, встал и, густо покраснев, виновато пробурчал:
