Второй вариант — остаться в соглашении, но при этом не делать ничего, что может нанести ущерб экономике, и заморозить дальнейшие финансовые взносы — поставит США в уязвимое положение для разного рода судебных исков, сказал Тиллерсон.
Но госсекретаря никто не поддержал. Прюитт решительно высказался за выход. Прибус, который видел в этом политические выгоды, также был за. Бэннон считал Парижское соглашение очередной глобалистской сделкой, которая не отвечала интересам США.
В конце концов Кон резюмировал, что им нужно как следует разобраться с юридическими аспектами. «Но мне кажется, мы начинаем приходить к консенсусу». Он был прав. Парижское соглашение было мертво.
Утром 1 июня Макмастер и Портер держали совет. На 10:00 была назначена встреча в Овальном кабинете по поводу Парижского соглашения. В тот день Трамп собирался объявить о выходе. Мы сделаем последнюю попытку переубедить его, решили они.
Выход испортит наши отношения со многими странами, сказал Макмастер. Иностранные коллеги оборвали его телефон: «Парни, вы же не думаете всерьез это сделать?» Или без обиняков: «Пожалуйста, не делайте этого».
Портер подготовил проект речи для президента. «С этого момента Соединенные Штаты отказываются от соблюдения условий Парижского соглашения по климату, — зачитал он. — С сегодняшнего дня Соединенные Штаты перестают нести какое бы то ни было финансовое и экономическое бремя, которое налагает на страну Парижское соглашение, в том числе прекращают выплату взносов, установленных для нашей страны».
«Отказ от соблюдения условий» формально не означал выхода Соединенных Штатов из соглашения. «Это звучит достаточно жестко, — убеждал Макмастера Портер. — Он будет считать, что окупает политические инвестиции. Он выполнит свое предвыборное обещание. Избиратели будут довольны».
По сути, это был второй вариант — «остаться в соглашении», — который обсуждался на совещании 27 апреля. Портер считал, что нашел способ свести ущерб к минимуму.
Портер и Макмастер представили президенту свой проект речи. Они говорили до посинения, но было ясно, что бой проигран.
Нет, нет и нет, сказал Трамп. Он собирается выйти полностью и бесповоротно: «Это единственный способ сдержать обещание, данное избирателям».
Трамп переделал текст речи, значительно ужесточив язык.
Выступая после обеда в Розовом саду, где в тот день играл духовой оркестр, президент похвалил фондовый рынок и усилия США в борьбе терроризмом.
«В этой области, как и во многих других, мы продолжаем выполнять наши обязательства. И я не хочу, чтобы что-либо мешало нам». После чего немедленно перешел к главному: «С тем чтобы исполнить мой священный долг по защите Америки и ее граждан, Соединенные Штаты выходят из Парижского соглашения по климату.
Как человек, который искренне заботится об окружающей среде, я не могу с чистой совестью поддерживать соглашение, которое наказывает Соединенные Штаты — а именно это и делает этот договор — мирового лидера в деле защиты окружающей среды, не налагая никаких значимых обязательств на главных мировых загрязнителей.
Я был избран, чтобы представлять интересы граждан Питтсбурга, а не Парижа».
15 июня 2017 г. в
Обычно Трамп отмахивался от предостережений Прибуса по поводу Джареда. Но на этот раз он сделал паузу и задумался. Наконец он посмотрел на главу аппарата. Его ответ был неожиданным.
«Ты прав», — сказал президент.
Но за этим ничего не последовало. Прибус продолжал убеждать Трампа, что его зять не должен занимать в Белом доме официальную должность и кабинет. Но эта настойчивость ударила рикошетом по самому Прибусу, испортив его отношения с Джаредом, который был настроен остаться. Миссия под названием «Джаред» так и осталась для Прибуса невыполнимой.
Не сумев убедить президента ограничить активность в Twitter, Прибус начал искать способы воздействия на нее хотя бы косвенным образом. Поскольку твиты часто были ответом на увиденное по телевизору — а Трамп проводил перед ним все свободное время, — Прибус стал думать, как отвлечь его от телеэкрана. Но просмотр телепередач был для Трампа «занятием по умолчанию». Хуже всего были воскресные вечера. Трамп возвращался в Белый дом из одного из своих гольф-клубов, где любил проводить выходные, как раз к тому времени, когда по враждебным телеканалам MSNBC и CNN начинались политические ток-шоу.