– Не даю хода компромату, – поправила Тина. – Лиргисо, любезно обмениваться услугами мы будем на моих условиях.
– Да разве я с вами спорю, изумительная кхей-саро? Все будет так, как захотите вы!
– Хорошо, тогда сейчас мы возьмем вещи и отойдем вон за те скалы, чтобы не ночевать так близко от Фласса. Тлемлелх, вставай.
– Тина, я не могу встать, – убитым голосом возразил Тлемлелх. – У меня кости сломаны.
– Какие кости? – Она растерялась.
– Наверное, все…
– Что это значит? – Прищурившись, Тина посмотрела на Лиргисо.
– Да ничего особенного, кхей-саро. – На его треугольном лице появилась подкупающая невинная улыбка. – Просто несравненный Тлемлелх любит преувеличивать. Пока вас не было, мы устроили маленькую дуэль, и я показал Тлемлелху, что с развязанными руками я дерусь лучше. А он сейчас будет изображать, будто я его зверски избил, – у него такой характер, вы же его знаете… Все было очень деликатно. Когда он меня ударил, вот здесь синяк остался. – Лиргисо дотронулся до своей лодыжки. – А на Тлемлелхе нет ни одного синяка, видите?
– Как это нет?.. – слабо запротестовал Тлемлелх.
Тина посмотрела: действительно, ни синяков, ни припухлостей.
– Я ничего не вижу.
– У меня кости переломаны и внутренности смяты! – простонал Тлемлелх, глядя на нее с тоской.
– Кхей-саро, возьмите медавтомат и проверьте, – посоветовал Лиргисо. – Если я ему что-нибудь повредил, можете мне все слуховые отростки поотрывать.
– Так и сделаю.
Она достала из рюкзака медавтомат, включила, развернула манипулятор диагноста.
– Где болит?
– Везде. Вот здесь сильнее. – Тлемлелх показал на солнечное сплетение.
Лиргисо выглядел довольным, словно все это его очень забавляло.
Никаких повреждений в тканях тела, за исключением нескольких ссадин на предплечьях, диагност не нашел, о чем в конце концов и сообщил. Потом на экранчике медавтомата появилось заключение на двух языках, общегалактическом и лярнийском: пациент здоров, но его нервная система находится в перевозбужденном состоянии, рекомендуется сделать инъекцию успокаивающего. После инъекции Тлемлелх почувствовал себя лучше и сказал, что боль понемногу затихает. Лиргисо помог ему встать. Запихивая медавтомат обратно в рюкзак, Тина мрачно подумала, что с этой парочкой ее ждет более чем веселая жизнь.
Оторвав взгляд от экрана монитора, Валов оглянулся: Стив опять куда-то исчез. Это значит, каналы связи заблокированы, он всегда так делает, когда исчезает. Но даже если бы он по случайности забыл о блокировке, Валов все равно не стал бы выходить в эфир и вызывать полицию или федеральные спецслужбы. Полторы недели назад он только об этом и мечтал, а теперь передумал, потому что неожиданно оценил преимущества своего положения.
Наконец-то он сможет увидеть истинную картину того, что происходит на Валгре! Стив держал свое обещание и добывал все больше информации, относящейся к бизнесу, связанному с браконьерством и вообще с криминалом, а Валов, структурируя эти сведения, установил, что все федеральные и окружные институты пронизаны теневыми связями сверху донизу, как рыхлая земля грибницей. Некоторые нити уходили за пределы Валгры. А некоторые брались непонятно откуда, словно возникали из ничего, и они со Стивом до сих пор не выяснили, в чем тут загвоздка.
Валов испытывал прилив азарта: пусть какой-то странный тип, которого тщетно пытается выловить Космопол, держит его взаперти – зато никто не помешает ему довести расследование до конца! Непосредственное начальство его здесь не достанет и не прикажет передать дело какому-нибудь желторотому стажеру, дабы срочно заняться квартальным отчетом, либо сдать в архив, как бесперспективное. Сколько таких «бесперспективных» дел у него в свое время отобрали как раз в тот момент, когда он начинал что-то нащупывать… Но теперь он узнает все, что от него прятали на протяжении многих лет. Отозвать его не смогут, перебросить на канцелярскую работу не смогут: он похищен преступником и сидит под замком, с него взятки гладки.
Кое-что его все же смущало: для сумасшедшего преступника Стив Баталов был слишком рационален и порядочен. Валов по-прежнему не особенно доверял ему. Не может быть, чтобы это не Стив заказал нападение на него около «Сумеречного шарма», слишком уж все совпало… Любой правильно мыслящий следователь согласился бы с этой версией, однако все дальнейшие действия Стива никак с ней не вяжутся – не тот стиль.
Сделать однозначный вывод Валов не мог, и это его раздражало, однако разворачивающаяся перед ним панорама насквозь криминализованной Валгры захватывала его куда больше, чем собственные мытарства. Начальство, которое до сих пор ограничивало и направляло его действия, до него не доберется, так что он всех тут выведет на чистую воду… Нечто в этом роде инспектор ФКОВФ Петр Валов пережил в шестилетнем возрасте, когда дорвался до припрятанной матерью трехфунтовой банки с вареньем.
