Ячейка находилась в подвале. Уайти открыл дверь хранилища, пропустил Джорджа с Монтроузом внутрь, потом подобрал с пола окурок сигары. Нахмурившись, он проверил помещение, не затаился ли тут кто.
Джордж уже стоял со своим ключом наготове.
– Уайти? – позвал он.
– Да-да, сейчас…
Зажав окурок двумя пальцами, Уайти выудил из кармана свой ключ.
Джордж вытаскивал коробку из ячейки, а Монтроуз стоял рядом, готовый подхватить ее, если вдруг с братом случится удар или он заживо вознесется на небеса. Лицо у Джорджа действительно изменилось, но от того, что коробка подозрительно легкая.
– Что такое? – спросил Монтроуз.
Джордж снял крышку. В коробке хранилась кожаная папка: бумаги на освобождение семейства Берри, датированные 1833 годом, а также более недавние документы, например, свидетельство о рождении Хораса. А вот «Дне´вника», который обыкновенно лежал сверху, не было. На его месте они обнаружили короткую записку:
– Ах ты ж сын сукин, – проговорил Монтроуз.
Вместо подписи было нарисовано восходящее солнце – символ Ордена Изначального рассвета.
По адресу ехали уже вместе, на «паккарде».
– Револьвер-то захватил? – спросил Монтроуз, пока Джордж заводил двигатель.
– Под сиденьем, – ответил Джордж, а когда Монтроуз потянулся, схватил брата за руку. – Не надо, я сам.
– Что, теперь твоя очередь стрелять в него?
– Я просто попробую вернуть книгу Ады. – Джордж удержался от напоминания, как Монтроуз пытался застрелить Калеба Брейтуайта и чем это закончилось. – Лучше найди адрес. Карта в бардачке.
Монтроуз что-то проворчал себе под нос, но дальше пререкаться не стал.
Джордж старался терпеливее относиться к брату – да, к брату, и не «единокровному», а полноценному: именно так он представлял Монтроуза окружающим и сам в это верил. Ты либо родственник, либо нет; третьего, по его мнению, не дано. Но все равно то, что у них разные отцы, нередко давало о себе знать, и ярче всего проявлялось в вопросе с книгой прабабки Ады.
Семейству Берри повезло: их последний владелец, Люциус Берри, был из тех редких, истово верующих христиан, каких еще называют «солью земли». Родители, братья и сестры Люциуса погибли во время вспышки холеры в 1832 году, и ему достались в единоличное владение семейная табачная плантация и семеро рабов. Истолковав эпидемию как знак свыше, Люциус задался целью искупить грехи предков. Он распродал остатки наследства, погрузил рабов со скарбом в повозки, под охраной вывез их на запад и подарил им не только свободу, но и землю и деньги на новую жизнь: сказка, ставшая былью.
Впрочем, «повезло» не значит, что обошлось совсем без страданий. Освобожденным Берри пришлось хлебнуть немало горя. Одного убили белые поселенцы, не пожелавшие соседствовать с чернокожим. Трое мальчиков и девочка из второго поколения погибли на Гражданской войне. А отец Джорджа, Джейкоб Берри, успешный коммерсант, умер в двадцать четыре года: богатство, увы, не спасло от астмы, которая мучила его всю недолгую жизнь. Одно облако пыли, взметенное проезжающей повозкой, – и легкие не выдержали. Джорджу тогда было всего три, а Офелии не исполнилось и года.
После смерти первого супруга Люси Берри вышла за Улисса Тернера, человека с совершенно иной биографией. Отчим Джорджа не уставал напоминать, что Тернерам не досталось ничего: ни свободы, ни даже фамилии. Дед Улисса был урожден Саймоном Суинсгудом на плантации Суинсгудов в Северной Каролине. В 1857 году он сбежал на Великое мрачное болото и шесть лет жил отшельником, после чего присоединился к армии северян. Именно там, на болоте, он взял себе имя Нат Тернер – распространенное прозвище среди изгоев, которое обычно подтверждали доблестными деяниями, такими как убийство ловцов рабов и налеты на поселения белых.
Так, по крайней мере, рассказывал Улисс. В более сознательном возрасте Джордж понял, что именно байки о похождениях прадеда Тернера стали его первым знакомством с приключенческой литературой и фантастикой. Нет, он не считал их выдумкой – скорее пересказом «по мотивам» реальных событий. Однако Монтроуз верил каждому слову, и неудивительно, что он вырос с твердой уверенностью: хранителем книги Ады должен быть Тернер, а не Берри.
Такого же мнения придерживался и отчим. Он не скрывал своего презрения к тому, что, мол, Берри все получили «на блюдечке», а также убеждения, что Джордж слишком неженка, но традиции все-таки уважал. Именно поэтому в последнюю ночь мая 1921 года, когда белое население Талсы объявило войну черным, Улисс, вопреки уговорам матери, разрешил Джорджу отправиться за книгой Ады. Она хранилась в сейфе в магазине, который отчим держал на Арчер-стрит. А тем временем первые отряды поджигателей уже переходили железную дорогу, разделявшую два города. В ту ужасную ночь произошло много всякого, и поэтому Джордж никогда не хвастался своим поступком, тем более перед Монтроузом. Хватало того, что он показал себя и что брат это знает.
