Ипполита обошла портал. Интересно, что с той стороны? Как оказалось, ничего. Светящийся ореол сохранялся, однако с какого угла ни посмотри, был виден все тот же пляж. А вот стоило зайти спереди, как вдруг из ниоткуда снова возникло здание в Висконсине.
– Понятно, – кивнула она.
Так, что тут еще? Пляж упирается в высокий каменистый утес. По верху идет шеренга деревьев, листья которых отсвечивают серебром в звездном свете. Утес уходит влево до самого горизонта вместе с непрерывной полосой песка. Ничего примечательного, если не считать одинокого черного валуна где-то в отдалении. А справа, ярдах в двухстах, из утеса выдается скала: высокий мыс, который, разрезая песок, уходит в море. По его стене тянется ломаная линия металлического оттенка – лестница! На вершине утеса два здания: одно – приземистое, с плоской крышей – на перешейке между скалой и утесом, другое – у самого обрыва. Оно имеет форму купола, и, хоть разглядеть его с пляжа трудно, Ипполита готова поклясться, что заметила люк для телескопа.
«Надо посмотреть. Войду и выйду», – подумала она и, оглянувшись на проход, ведущий на Землю, вдруг задалась вопросом: «А что, если, пока я здесь, кто-то придет и выключит аппарат?»
Ответ прост: проснусь. Это же сон. Другого объяснения нет, ведь так?..
Теплый бриз, ласкавший щеку, утверждал обратное.
Она решила не обращать внимания.
Это действительно была лестница, и вдоль нее шли перила. Вход преграждали ворота; щеколда представляла собой головоломку, требовавшую двух рук, похожих на человеческие. От кого они защищают, интересно? Ипполита вспомнила про кальмароголовых людей, живущих в океанах Европы, из пятого выпуска приключений Оритии Блу. Если так, то ничего страшного: револьвер с ними справится.
Ипполита открыла ворота, и где-то над ней прозвонил звонок. Она быстро вошла и прислушалась. Ничего. Только тихо шумел прибой.
Несмотря на то, что гравитация здесь была ниже земной, ступеньки все равно неприятно дрожали под ногами. Последний пролет Ипполита преодолела бегом и остановилась на верхней площадке отдышаться. Теперь купол был виден отчетливо: да, определенно обсерватория. Другое здание, следовательно, – жилище или гостиница для астрофизиков, путешествующих с планеты на планету. Оба здания выглядели заброшенными.
На выходе с лестницы стояли еще две калитки, а между ними – небольшая десятифутовая клеть. Вспомнился атмосферный шлюз-ловушка, с помощью которого корсары Нептуна взяли в плен Оритию Блу в четвертом выпуске. Однако отступать было поздно, и Ипполита, коротко помолившись, шагнула внутрь.
Вторая калитка не открывалась. Ипполита наклонилась, чтобы получше рассмотреть защелку, и тут над головой что-то затрещало, волосы поползли вверх, как будто их тянули невидимые пальцы. Она подняла глаза. Сверху свисали несколько катушек, по которым перебегали голубоватые искры.
«Вот черт», – подумала Ипполита, а затем у нее в глазах, что вполне характерно, заплясали звезды.
Ипполита пришла в себя, лежа на тахте в небольшой, тускло освещенной комнатке. Первая мысль: она снова в Висконсине, ее отнесли в сторожку. Однако стены и потолок были не деревянные, а металлические, и рядом сидели не фермеры, а незнакомая чернокожая женщина, седая и с глубокими морщинами на лице. На коленях у нее лежал «Реестр обсерваторий», открытый на странице с числами, а в руке она держала отобранный у Ипполиты револьвер.
Не сводя глаз с оружия, Ипполита села. Голова немного кружилась, хотя больше ничего вроде бы не болело. Она спустила ноги на пол.
– Встанешь без разрешения, и я вышибу тебе мозги, – сказала старуха.
Она говорила спокойно, не угрожая, а будто объясняя, как устроена Вселенная – по крайней мере, в этом уголке. Ипполита кивнула и сложила руки на коленях.
– Хорошо.
– Кто ты?
– Ипполита Берри.
– Это он тебя прислал?
– Кто?
– Уинтроп! Хайрам Уинтроп!
– Нет. Я…
– Не ври мне! – Старуха ткнула ей в лицо раскрытой книгой, как ордером на арест. – Это его почерк!
– Я понятия не имею, чей это почерк. Да, я нашла книгу в доме Уинтропов…
– Ага, ты была у него дома! Значит, работаешь на него!
– Нет, – возразила Ипполита. – Владельцев дома, насколько я знаю, уже нет на свете. Сейчас там живет Летиша Дэндридж, моя подруга. Это ее дом.
– Ты водишь дружбу с белой женщиной по имени Летиша Дэндридж?
– Она не белая женщина.
– В доме Уинтропов теперь хозяйничает чернокожая?!. Так это она послала тебя?
– Никто меня не посылал! Я пришла сюда сама. Просто хотела увидеть обсерваторию.
– Увидеть обсерваторию? И зачем же? – Женщина бросила «Регистр» на колени и выставила перед собой револьвер. – Предупреждаю: еще одно слово вранья, и…
– Выслушайте меня, пожалуйста, – попросила Ипполита. – Дайте объяснить. Когда я была маленькой, мой папа принес домой телескоп…
– Ладно, верю. Сочинить такое и правда тяжело, – сказала старушка, когда Ипполита закончила рассказ. – И все же, что бы ты тут ни говорила, тебя послал господин Уинтроп.
– Да как? Он ведь…
