«Василий доказывал свое право на престол новым уставом Государей Московских, по коему сын после отца, а не брат после брата, долженствовал наследовать Великое Княжение. Дядя, опровергая сей устав, ссылался на летописи и на завещание Димитрия Донского, где он, (Юрий), в случае кончины Василия Димитриевича, назван его преемником. Тут Боярин Московский, Иоанн, стал перед Махметом и сказал: „Царь верховный! Молю, да позволишь мне, смиренному холопу, говорить за моего юного Князя. Юрий ищет Великого княжения по древним правам Российским (понимайте — Московским. — В. Б.), а Государь наш (понимайте, как Вассал твой. — В. Б.) — по твоей милости, ведая, что оно (Московия. — В. Б.) есть твой улус: отдашь его, кому хочешь. Один требует, другой молит“».[229]
И весь сказ о величии Московии в XV веке! Здесь все изложено в совершенстве самими московитами. В ХV веке Москва — обычный заштатный улус татаро-монгольских ханов. О каких-либо «государях московских» говорить не приходится. Обычные вассалы Орды!
Стоило бы великороссам более пристально поглядеть на собственную историческую науку. Отсеять, хотя бы видимую невооруженным глазом, ложь.
«…Вельможа Татарский, Улан Царевич, торжественно посадил Василия на трон Великокняжеский в Москве, в храме Богоматери у златых дверей».[230]
Читатель понимает, в Московском храме Богоматери татарский Наследник не сажал на трон московского князя. Здесь, в храме, Василий Темный присягал перед православными святынями на верность Ордынскому хану. Он клятвенно обещал быть вассалом послушным, платить дань и повиноваться Орде. Вот таков «монарх» и таково «монарше Московское государство» в XV веке.
При этом князе кровавые московские разборки достигли апогея. Москва была бита жестоко у себя дома. Но, как писал Н. М. Карамзин,
«смиренно пресмыкаясь в Орде… междоусобия дома ознаменовались разными злодействами… в остервенении своем без всякого суда топили и жгли людей… даже законные казни изъявляли жестокость варварскую».
Московия и при последующем князе Иване III продолжала оставаться жестоким завоевателем соседей.
Уже через три года после начала княжения Ивана III московиты двинулись грабить Черемисскую землю. Мерзкий разбой и грабеж стали главными источниками пополнения княжеской казны, тем более что ордынские ханы не особо препятствовали экспансии на Север.
Значительно позже великороссы назовут сию мерзость «собиранием земли русской». А пока, как мы видим, происходит обычный грабеж и разбой. Московская рать во главе с Симеоном Романовичем пошла
