«Однако этотъ наслъдникъ греческихъ и римскихъ императоровъ не ръшился осведомить иностранныя державы и о своих притязанiях. Онъ помнилъ, как неудачны были попытки въ этомъ родъ его отца и дъда. В 1514 г. Василiй попробовалъ было именовать себя, съ согласiя посла Снитцпаннера, въ договоръ съ Максимилiаномъ кесаремъ. Но въ Вънъ отказались подписывать этотъ договоръ… и только в 1561 г. после шумныхъ успъховъ онъ ръшилъ попытать счастья съ этой стороны (признание за Иваном титула царя. — В. Б.). Просьба къ патрiарху подкръплялась значительными дарами. Патріархъ Іоасафъ призналъ Ивана царемъ и потомкомъ царевны Анны. Онъ даже предложилъ московскому государю еще разъ совершить торжественное коронованiе при участiи особо назначеннаго для этого случая митрополита. Но это оказалось излишнимъ. Но изъ 37 подписей, скръплявшихъ грамоту, присланную из Константинополя въ Москву, 35 оказались впослъдствiи подложными… Но русскому народу эти подробности были невъдомы. Поэзiя былинъ свободно смешивала событiя и эпохи. Нацiональная гордость и народное воображенiе набрасывали чудесный покровъ на это нъсколько унизительное начало русскаго царства».[258]
Вот с тех времен Московская владельческая и религиозная верхушка считает себя законной наследницей Византийской Империи. При этом не стоит путать верхушку с народом Московии времен Ивана IV. То были униженные, покоренные народы, большой кровью согнанные в военное государство. А что с народом вытворял его «государь» мы уже рассказывали и еще не раз поведаем. Так что народу титул царя у Ивана Грозного был бесполезен. За тот титул народ должен был пролить море крови, как своей, так и чужой.
Вернемся все же к Ивану IV. Скажите пожалуйста, что стоило ему попросить, скажем, титул Египетского Фараона. Ему бы и тот титул сфальсифицировали. Сидя среди Османов, Патриарх Константинопольский готов был любому отдать титул императора-царя, лишь бы найти силу, которая стала бы защитницей восточной ветви христианства. Ведь мы знаем, почти вся Европа к тому времени (1561 год) примкнула к Римской ветви христианства и найти там себе веропослушных Константинопольские Патриархи не могли. Пойти на объединение обоих ветвей христианства восточные Владыки не пожелали. Тогда они должны были взять на себя вину за раскол христианства.
Вот так и стал Иван Грозный наследником Византийских императоров.
Обрати, уважаемый читатель, внимание: эту мысль русская элита вынашивает до сего дня. Вспомните Александра Солженицына, его — «Август четырнадцатого».
О Византийском наследии мечтала и коммунистическая элита Советского Союза, наследница владений Романовых. Мы еще вам процитируем ниже слова Сталина и Молотова по этому вопросу.
И нипочем всему русскому великодержавному истеблишменту, что та давняя «Патриарша грамота», наделившая Ивана IV титулом царя, — сфальсифицирована, что вся Русская великодержавная история — лжива до основания. Как нипочем и тот факт, что со смертью Ивана IV и его наследников прекратилась династия Рюриковичей. А Романовы — обычные бояре, такой знати среди славян, татар и финнов — десятки тысяч. И уж-то Романовы московские не имели даже фальшивого исторического права наследовать титул царя — наследника Византийского. Историческая правда рассеивает и этот миф Российской империи.
Уважаемый читатель, дабы лучше познать сам дух деяний последних представителей Московской династии Рюриковичей, нам стоит более тщательно исследовать Московию XVI века.
Именно к концу того века в Московии закончилась династия Рюриковичей, которая и заложила основу, так называемой «державности» и «самовластия» в Москве. Только этот тип «державности» и «единовластия» татаро-монгольского образца существовал в Московии, а позже — в Российской Империи.
