Взяв у обоих все необходимые данные и закрыв за ними дверь, мы с Трошевым вернулись в комнату. Витёк, о чём — то спорил с Каменским. Толя на кухне говорил по телефону.
— По-моему их послали нам высшие силы, — восторженно сказал я.
— Посмотрим. В любом случае времени ещё ждать, у нас больше нет. Мною взяты в аренду несколько подвальных помещений и гаражей, на окраинах города, так же приобрёл пару фургонов. Валдис даст знать, как начнутся поставки всего необходимого для массовых выступлений. До того времени, надо провести карательные операции имеющимися средствами, — произнёс Семён Арсентьевич.
Он начал собираться и на прощанье сказал нам:
— Быть может, они скажут, что всё это пессимизм интеллекта и не зачем нам плебеям, отстаивать свою позицию, что мы с рождения бесправны. Но я отвечу им, что всё происходящее, есть оптимизм воли. Вот чего не хватало нам всем столь долгое время. До встречи друзья!
Махнув на прощанье рукой, он вышел из квартиры. Мы посмотрели друг на друга.
— О чём это он? — спросил Пашка.
Витёк, потирая подбородок, тоже высказался:
— Видимо о том, что насколько бы не был дремуч наш народ, он всё же не безнадёжен и есть у нас шанс пробудить в них то, что дремлет уже много лет.
Я лишь подумал: «Хм, оптимизм воли. Хорошо если так».
В это время, с кухни пришёл Толя. Вид у него был не радостный. Он прошёл мимо нас и начал убирать кружки со стола. После, он повернулся ко мне и сказал:
— Завод прикрыли.
— Вот ведь «дрова»! А по деньгам как и так должны нам за три месяца? — вырвалось у меня.
Вспомнив о Серёге, я спросил у него:
— Ты «Мореману» звонил?
— Жена его «стервозная» ответила. Сказала, что он «бухой» пошёл в гараж, еще и наорала на меня, — ответил Толя, обдумывая случившееся.
«Да, жена у него та ещё «пила». Ладно, ничего поди страшного не случится, пускай расслабится мужик» — крутилось у меня в голове.
— Это знак, — добавил Трошев.
Тут «Рыба», решил разбавить весь этот мрак, сказав:
— Может, тогда сгоняем в «Костёр грёз», там вроде сегодня выступают «Стражи либертарианства»? Мы, как раз с Евгенией хотели сходить. Заодно и познакомлю вас, горячительные напитки с меня.
Смотрю, Толик вроде повеселел, и я подумал, что можно и развеяться. Кто знает, может в последний раз?
Мы помогли ему быстро прибраться. Выходя на улицу, чуть не столкнулся с каким — то парнем, он нёс два кофе и «шавуху». Занятый своими мыслями, я не обратил внимание на то, куда он шёл и не рассмотрел его. Витёк уже подогнал машину, мы уселись и понеслись подальше от всех обуревавших нас сегодня мыслей, навстречу «куражу» и хорошему настроению.
«Я принесу их в жертву своей цели!»
Орлов сидел в машине, погрузившись в свои мысли. Стало холодать, он запустил двигатель и включил радио. На полицейской волне шли дежурные переговоры. Служба идёт своим чередом.
«Где Володя, с этим чёртовым кофе и едой? В животе уже гул», — думал он, смотря на автомобильные часы. Они были, как светлячок, притаившийся на приборной панели. Он освещал его небритое и усталое лицо.
Пассажирская дверь открылась, запустив вечерний холод в салон. Вот и Вова «нарисовался», он неистово ругался.
«Твою дивизию, чуть не столкнулся с Гриневским. Засмотрелся на красивую девушку с собачкой» — сказал напарник, подавая старшему кофе и еду.
Орлов ни чего не ответил на это, ему хотелось есть. Не много утолив голод и закурив, он произнёс:
— Все разошлись. Валить отсюда пора, хватит на сегодня.
— Хорошо командир. По «прослушке», как дела обстоят?
— спросил Володя, пережевывая не хитрую «закусь».
Затянувшись и выпустив колечки дыма в приоткрытое окно, Дмитрий ответил:
— Вроде «криминал» у них намечается, на «тропу войны» собираются выходить. Уже и союзники имеются. В чём — то я даже с ними согласен.
— У меня тоже руки иногда чешутся, порядок навести. Останавливает служба эта и быть может, что — то ещё, — сказал Вова, задумавшись.
Орлов, убавив не много звук, произнёс:
— Я вообще плохо понимаю, что происходит. Торчим тут, сведения собираем, а реакции пока никакой. Кто и против кого играет? Не понятно. Слышал скоро в «главке» совещание будет. Чую, что всё это затишье вот — вот закончится. Нам сейчас придётся без выходных поработать, надо «дела» в порядок привести.
— Да хрен с ним. Лучше в кабинете, с бумажками, чем в машине вот так прозибать. Значит, ты не поедешь со Светкой до тёщи? — спросил Володя своего напарника, докуривая сигарету.
— Значит, не поеду. Она ещё «на сносях», блин. Не сидится же дома дурёхе, — ответил Орлов, «перебирая» радиостанции на магнитоле. Хотелось развеять нахлынувшую тоску и непонятное раздражение, хорошим треком.
— Боюсь, как бы и нам не пришлось стать перед выбором, против кого будем мы, — сказал Вова, вернувшись к прежней теме разговора.
На «волне» заиграла песня о дороге домой и Дмитрий, уже с уверенностью в голосе произнёс:
