— Только слабые могут быть, кем — то раздавлены. Если ты даже не имеешь возможности жить и бороться, так как хочется тебе, то лучше сразу вздёрнуться. Мы для них наказание свыше и они не найдут от нас защиты, не хватит им духу, вот и всё. Если беспокоиться о букашках, которых раздавишь, то и шагу сделать не сможешь.
— Красиво сказал, — ответил мне Толик, пиво у него заканчивалось, и он начал собираться. Музыканты уже разошлись, в зале играла запись. Кто — то танцевал, кто — то спорил за соседним столиком. Пашка, за стойкой бара болтал непринуждённо, с какой — то симпатичной особой. «Голубки» уже вернулись и сидели напротив меня, ворковав о чём — то своем. Собравшись, Толя стал с нами прощаться и пожимая мою руку, сказал:
— Завтра тогда надо сходить на завод, посмотреть, что к чему. Попробую ещё до Серёги дозвониться.
Да, совсем забыл о работе и «Моремане». Посмотрев на часы, я ответил ему:
— Надо сгонять, заодно и про деньги узнаем. Там же и переговорим по поводу «акции». Вызову тебе такси, — сказал я, пытаясь найти номер в телефоне.
— Не надо Антон, уже вызвал. Всем пока и хорошо провести время! — после этих слов, он развернулся и направился к выходу.
Тут, ко мне вдруг обратилась подружка «Рыбы»:
— Хорошо сидим. Я вижу, как ты всё время смотришь на меня подозрительно. Витёк при этих её словах усмехнулся.
Она продолжила:
— Я не отрицательный персонаж в вашем обществе. Если в «органах» работаю, это ещё ни о чём не говорит. Витя посвятил меня в суть дела, я разделяю ваши взгляды и помогу, чем смогу. Хотя конечно, мне не хотелось бы, чтобы он влезал в то, что вы хотите сделать. Я надеюсь на его благоразумность.
«Рыба» ещё раз обнял её и сказал, что — то на ушко.
Выслушав Евгению, смог только произнести, что всё нормально, и «запары» нет. Мне стало совсем хорошо. Подошёл «Тролль», в обнимку со своей собеседницей и дал понять, что покидает нас. Я уже ни чего не говорил, просто сидел и думал.
Чуть позже Витёк, протягивая мне свою руку, сказал, что нам пора уходить. Да уже пора, дико захотелось домой. Он вызвал такси, машину оставил здесь. Пока стояли и ждали «тачку», я немного протрезвел и вернулся в реальность. Вспомнил о Толе и о нашем задании. Обратившись к «Рыбе», намекнул, что надо «незасвеченную» машину и пускай заготовит «молотов — коктейлей», остальное я сам сделаю. «Крипту» переведу позже. Он ответил, что всё устроит и даст знать, как управится. Такси подъехало, и мы понеслись сквозь мрак ночного города, некогда живого и светлого, где люди строили планы на будущее и жизнь била ручьём.
Огонь
в ночи
Очнувшись утром и открыв глаза, лежал и охреневал, то ли от проведённого вчера вечера, то ли от ночи. Опять сон или явь, не знаю. Был я уже за городом. Какой — то лес с одной стороны, с другой, вдалеке дома и склады. Все разрушено, вышел на дорогу, помню, что холодно было, я босиком. Сгоревший кузов машины, уже порядком проржавевший. Вдруг сзади послышались шаги, множество шагов. Пришлось спрятаться на обочине, это опять была колона солдат и летающая бронетехника. Снова все шли молча, по направлению к городу. Дождавшись, когда они пройдут, я незаметно подполз к остову автомобиля и только сейчас, заметил нацарапанную на ржавой двери надпись «Тебе не сбежать!». Куда не сбежать или откуда?! В голове туман, не могу сообразить, что делать. Попытался разглядеть, что там, в конце дороги. Сплошное марево, солдаты и техника уже скрылись за поворотом, и вдруг вижу силуэт. Я зачем — то пошёл к нему, ускорил шаг, но всё ни как не могу до него дойти. Не много погодя, уже бегу и кажется мне, что это опять, тот же старик, то есть постаревший я. Кричу ему, чтобы не уходил. И вот, вроде стал приближаться к этому человеку, но спотыкаюсь и проваливаюсь в пустоту. Дальше, только тьма и тишина…
Снова лежу на кровати, дома.
«Господи, что со мной происходит?» — мысленно обратился я к тому, в кого не верю.
