Белые джинны встали из-за столов, взялись за руки, образовав круг. Хоме, который не слышал их мысленного разговора, было странно все это наблюдать. Как только кольцо из джиннов сомкнулось, Халимар представила то место, в котором хотела оказаться, и все джинны исчезли из паба. Остался только бармен за стойкой.
Хома тоже переместился вместе со всеми в уже знакомый ему кабинет Аркадия. Ни Ибрагима, ни Инны в кабинете не оказалось.
-Промашка! – сказала Халимар. – его уже здесь нет.
-Давайте проверим другие комнаты, - предложил один из джиннов.
Он оказался прав. В гостиной белые джинны действительно обнаружили Ибрагима. Он был напуган их появлением, потому что они его застали за очень странным занятием. Он развлекался тем, что поймал пчелу и впустил ее в бутылку с человеком. Для крошечного человечка пчела была теперь ядовитым монстром. Жертвой оказался старичок, кормивший с руки голубей. Сейчас он сел на дно бутылки и закрыл лицо руками. Но птицы, птицы! Мирные голуби набросились на огромную теперь для них пчелу. Они не дали в обиду человека, который делал им добро.
Остальные бутылочки с людьми стояли на столе.
-Что ты наделал? – набросилась Халимар на Ибрагима. – Зачем ты похитил стольких людей?
Ибрагим молчал и злобно смотрел на белых джиннов.
Халимар сама стала освобождать людей. Как только человек становился свободным, один из белых джиннов улетал вместе с ним, чтобы вернуть его на то место, с которого он был похищен. Одной из последних освободилась Инна. Она была страшно напугана, от ее самоуверенности и высокомерия не осталось ничего.
-Хома! – увидела Инна парня и бросилась к нему на грудь.
Хома обнял ее и погладил по волосам.
-Не волнуйся! Все будет хорошо! – пообещал девушке.
Один из белых джиннов исчез вместе с Инной, как только Хома выпустил ее из объятий.
Джинны исчезали, отправляли людей домой и снова возвращались в квартиру Аркадия.
Наконец осталась одна бутылочка. Халимар освободила маленькую сухонькую старушку, которая подвернулась под руку Ибрагима вместе с бездомным котенком. Старушка не вставала, котенок громко мяукал в безмолвии гостиной, терся о руки старушки. А старушка оставалась без движения.
Белые джинны плотным кольцом окружили Ибрагима.
-Это что? – грозно спросил один из джиннов.
-Я не знаю! Я не хотел! – взмолился Ибрагим и упал на колени. – Пощадите!
-А ты ее пощадил? – грозно спросил другой джинн.
-Пощадите! Я не хотел! – умолял Ибрагим, барахтаясь у ног белых джиннов. – Я не хочу! Я не хочу! Я не хотел! Помогите!
Хома не слышал этого разговора. Не слышал, как Ибрагим умолял белых джиннов. Он видел только грозные лица белых джиннов, ползающего у их ног Ибрагима и безжизненное тельце старушки.
Вдруг золотые туфли Ибрагима со звоном раскололись на маленькие кусочки. Раскололись, как тонкое стекло от сильного удара. Хома прочел ужас в глазах Ибрагима, а у белых джиннов – ни тени сочувствия, только осуждение. Горе Ибрагима было так велико, что Хоме показалось даже, будто он услышал безмолвный крик Ибрагима.
Один из джиннов взял на руки мертвую старушку, другой – котенка. Оба джинна прижались спинами друг к другу – и исчезли.
Ибрагим словно обезумел. Он ползал по полу, рыдал беззвучно, собирал осколки своих золотых туфелек, целовал их, прижимал к груди.
-Я не могу на это смотреть, - сказала Халимар Хоме. – Дай руку, Хома!
И в ту же секунду они оказались в своей маленькой комнатке на третьем этаже. Халимар, ни слова не говоря, стала маленькой и полезла в бутылочку, которая по-прежнему была у Хомы под майкой. Она молча прошагала по его животу, груди, ни слова не сказала о том, что маечку давно пора бы уже постирать. Залезла в бутылочку и плакала там.
Хома пытался выманить ее из бутылочки.
-Халимар! Прости меня! Я был не прав! Я дурак!
В другой ситуации Халимар обязательно бы откликнулась на последнее его заявление, у нее была бы уже готова какая-то очередная шутка по этому поводу. Но сейчас она не отвечала. И это очень беспокоило Хому.
-Халимар! Не пугай меня! Халимар! Я раскаиваюсь! Я был не прав, когда обвинял тебя! Халимар! Прости меня!
Снова тишина.
-Халимар! Хочешь, я на колени стану перед тобой, как Ибрагим?
Напоминание об Ибрагиме подействовало. Халимар покинула свою неприступную крепость и снова стала обычного размера. Она села рядом с Хомой и уткнулась носом в его грудь.
-Хома! Это я виновата во всем! Из-за меня Ибрагим так унижен и опозорен навеки!