-Это хорошо! Я только раз в неделю приехать могу. Вот в отпуск пойду, тогда поживу здесь недели две. А родственника как зовут?
Старик ничего не мог ответить. Он даже не знал имени человека, которому почему-то решил помочь. Но не мог же он сказать соседу, что привез к себе на дачу совершенно незнакомого человека, бродягу.
Старик посмотрел в глаза Ибрагиму. Ибрагим понял, что происходит в душе старика. Ведь джинн по-прежнему умел читать мысли.
-Ибрагим, - сжалился над стариком повергнутый джинн.
-А меня Леней зовут! Михаил Александрович, Ибрагим! Идемте ко мне пить пиво с сушеными кальмарами! Ибрагим, ты пиво любишь?
-Любит, любит! – обрадовался Михаил Александрович, что все обошлось.
Ибрагим, привыкший к благородным напиткам в квартире Аркадия, узнал, каким вкусным может быть охлажденное пиво. Сосед угостил их еще сорванными на грядке помидорами и огурцами и картофелем, сваренным в кожуре.
Ибрагим, привыкший к изысканным блюдам, не мог понять, почему ему так понравилась такая простая еда.
Когда старик уехал, Ибрагим решил последовать примеру соседа и повырывать сорняки на огороде. Работа эта была для него абсолютно новой. Как, кстати, любая другая. Ведь до этого Ибрагим вообще ничего не делал. Он просто творил чудеса. Сейчас он совершенно не чувствовал усталости, ведь был он могущественным джинном. Ему по силам была любая работа, а он всего лишь рвал сорняки. Он так увлекся, что очистил от сорняков весь участок.
-Ибрагим! Побереги силы. Оставил бы что-то на завтра, - посоветовал Леня.
Леня уехал домой, а на следующий день Ибрагим взялся за его участок. Он истребил все сорняки на огороде соседа.
Через пару дней все соседи Михаила Александровича по даче уже знали, что у него живет родственник. Соседи приходили, приносили угощение и хлеб. Просили, чтобы Ибрагим присматривал и за их дачами.
Ибрагиму понравилось обрабатывать землю. Ему нравилось, что во время прополки и окучивания ему не надо смотреть в небо. Он работал, не покладая рук и не поднимая головы, чтобы не смотреть туда, в небо. Он не хотел вспоминать о Стране Свободных Джиннов, в которую теперь путь ему был закрыт.
Ибрагим подружился с Леней, который приезжал на дачу по субботам. Леня подсказывал Ибрагиму, что нужно делать на огороде и в саду. Леня рассказывал Ибрагиму о себе, о работе, о семье. Ибрагиму ничего не хотелось рассказывать о себе. Он только слушал.
Однажды Леня приехал и привез бритвенный прибор и ножницы.
-Ибрагим! – сказал Леня. – Твоя борода – это твое личное дело. Не хочешь от нее избавляться – не нужно. А вот волосы тебе надо обязательно подстричь. Здесь двух мнений быть не может.
Ибрагим согласился с этим. Конечно, Леня не был профессиональным парикмахером. Но он умел делать элементарные мужские стрижки. У него была большая практика в этом деле, когда он был моряком. За шесть месяцев рейса он, моторист, успевал не раз подстричь всех членов экипажа. Все тридцать человек! От капитана до повара.
Теперь Леня уже не ходил в рейсы, работал на буксире в порту, а свое умение делать мужские стрижки решил применить к Ибрагимовой голове.
Леня очень хорошо сделал свою работу. Стрижка получилась отличной!
-Ну, что? Бороду брить будем? – спросил сосед.
-А! Ладно, брей, - согласился Ибрагим.
Над лицом Ибрагима Леня трудился значительно дольше, чем над прической. Когда работа была окончена, Леня сказал:
-Зачем тебе нужна была борода? Ты, наверное, скрываешься от кого-то? Иначе зачем прятать такое прекрасное лицо? Я думал, ты намного старше. Тебе никак не больше двадцати пяти лет!
-Да, - ухмыльнулся Ибрагим, - никак не больше двадцати пяти лет.
«Если бы знал этот смертный, сколько мне на самом деле лет. Как он был бы удивлен!» – подумал Ибрагим.
Теперь, когда связь Ибрагима с джиннами прервалась, волей-неволей приходилось довольствоваться обществом людей. Ему приятно было общество Лени, которому было сорок семь лет, у которого была жена и двое взрослых детей. У детей – своя жизнь, а у жены – своя. Она вдруг внезапно поняла, что от нее уходит молодость, увлеклась разными оздоровительными гимнастиками, омолаживающими чистками и массажами. А для мужа у нее оставалось все меньше и меньше времени.
А у Ибрагима – в целом мире никого. Вот эти двое мужчин и стали друзьями. И хотя Ибрагим по-прежнему ничего о себе не рассказывал, зато о Лене он уже знал абсолютно все. Даже то, о чем сосед ему и не сообщал: ведь джинны умеют читать мысли.