— Что ты имеешь ввиду? — спросил я. Но, похоже, я уже начал догадываться, что именно.
— Что где-то там, — Фудзисаки махнула рукой, стукнувшись костяшками пальцев об стекло дверей, — вход в подземелья. В канализацию, скорее всего, с улицы-то… Туда он и направился. А куда ещё?
— Учитывая, что его только что видели камеры на площади… — протянул я. — Хотя нет, он слишком приметный — а бронескафандр где-то надо снять. Жюст, зачем убийце бронескафандр?
— Ну, он же не только бронированный. — пожала плечами Фудзисаки. — В комплекте могут идти геккоперчатки, как раз по стенам карабкаться… кроме того, это какой-то странный бронескафандр. — она движением пальцев приблизила изображение. — Вот: плечевой пояс даже с наплечниками слишком узкий. Там должны быть приводы… ну, ты сам знаешь. — я кивнул. — А здесь нет. Может это и не бронескафандр вовсе, или без экзоскелета…
— Ходить по орбиталищу в скафандре… — пробормотал я.
— Или где-то от него избавляться. — напомнила Жюстина и щёлкнула пальцами. — Пойдём.
— Куда? — опешил я.
— В переулок. — кивком указала она. — Проверим мою гипотезу.
Улица Логиновой уходила вглубь Меако, теряясь среди высаженных вдоль тротуара деревьев: улицы здесь были узкие, движение — одностороннее, и никакой контактной сети. Исключением был только отрезок возле Дворца Собраний: там, в переулке между Альбрехтштрассе и Логиновой, разворачивались и отстаивались троллейбусы. Один из них стоял в дальнем конце переулка, когда мы завернули за угол Дворца: прямоугольная морда с шестью глазами фар и горящая цифра «54» на лобовом стекле. Сейчас, в самый пик, он, скорее всего, сразу уедет обратно по маршруту.
— Провода. — задумчиво пробормотала Фудзисаки, глядя вверх. — Точно, слез с крыши.
— Геккоперчатки, говоришь? — переспросил я, разглядывая нависавшую над переулком глухую заднюю стену Дворца. Растяжки контактной сети были вделаны прямо в неё. — От них должны были остаться следы.
— От них — да, но не на тротуаре же. — кивнула Фудзисаки. — Ты люк какой-то здесь видишь?
— Здесь — нет. — оглядевшись, покачал головой я. — Погоди-ка. — я обернулся назад, вглубь улицы, и заметил то, что искал: едва различимый на зеркальной мостовой край канализационного люка. — Вон там.
— Отлично. — хмыкнула Фудзисаки и зашагала к люку. Я двинулся за ней, бросив последний взгляд на троллейбус в переулке.
Старые дома смотрели на нас занавешенными окнами верхних этажей, отражаясь на мостовой расплывчатыми силуэтами. Если бы не металлический ободок вдоль краёв и прямоугольник аварийной ручки, люк был бы совершенно неразличим на дороге: его крышка в точности повторяла остальное покрытие улицы.
Фудзисаки наставила на люк Линзу. Люк послушно щёлкнул и откинулся в сторону, встав на стопор.
— Вуаля. — сказала она и, присев на корточки, посветила в люк Линзой. В тёмный колодец убегала вделанная в стену лестница; внизу ничего не было видно. — Чур, я первая!
Я пожал плечами, и Фудзисаки жизнерадостно нырнула в люк. Несколько секунд, и она скрылась в темноте полностью. Из переулка, гудя моторами, вынырнул троллейбус и свернул в сторону площади, вильнув кормой; алыми рубинами вспыхнули стоп-сигналы.
— Я внизу! — донёсся до меня голос Фудзисаки. — Твоя очередь!
Я фыркнул и осторожно влез в люк, держась за вбитые в стену скобы лестницы. В нос мне ударил неприятный запах, присущий только одному месту в орбиталище: канализационному коллектору. И это была даже не самая широкая его ветка.
Спуск был недолгим: темнота вскоре сменилась тусклым зелёным свечением ламп, и я ступил на пол коллектора. Запах здесь был невыносим, и я поморщился.
— Фу!
— Да, запашок что надо. — зажав нос, гнусаво прокомментировала Фудзисаки.
— Это была твоя идея. — напомнил я и достал Линзу, засветившуюся в темноте. Луч света оббежал бесцветные серые стены коллектора. — Куда дальше?
— Туда. — махнула рукой Фудзисаки, отпустив нос. — Дворец собраний был в той стороне, а значит — и тот люк, который мы видели. Ведущий в подвал.
— О. - только и сказал я.
Фудзисаки дёрнула плечами и пошла вперед, тоже вытащив Линзу; я поспешил за ней. Идти было недалеко — почти сразу нам пришлось перебраться через сток коллектора на другую сторону, и пройти по той стороне. Где-то вдали, в глубине туннелей, шумела вода; звук отражался от сводов канализации.
Подземные коммуникации Титана-Орбитального не были для меня внове. Но я бы предпочёл, чтобы они воняли поприятнее. Почему-то резервуары под Штеллингеном и близко не так отвратительно пахли.
Возможно, меня подводила память.
— Ага, сюда. — сказала Фудзисаки, перебравшись через ещё один сток. Рядом с ней в стену был вделан приоткрытый люк. Подойдя к ней, я посветил Линзой: так и есть, створку люка чем-то подпёрли, не давая ей закрыться.
— Не очень умно. — пробормотал я и потянул люк на себя. Слегка зашипев, он открылся шире; Фудзисаки нырнула через комингс первой, и я, оставив люк, поспешил за ней.
