Упрашивать меня не пришлось. Я постарался оказаться на улице одновременно с ней – ни с Демоном, ни с головами наедине оставаться не хотелось.
Собака ждала нас на улице. Плита обратно встала словно с легким хрустом костей. Ну, может, так и было, мало ли чего тут может попасть в механизм.
– Надо бы смазать петли, – не обращаясь ни к кому (по крайней мере, из живых) сказала Рената.
Туман затянул все совсем плотно, мы шли на ощупь, словно в желтом молоке.
Реальность была утрачена в этом состоянии полностью, почему-то подумалось об ощущениях человека, которого расстреливают на рассвете. Розовая подсветка на облаках и скоро, очень скоро это со всей неизбежностью закончится. Запомнить каждую грань света на облаке, каждую деталь крика птицы…Пришли.
Похожий на собаку монстр остался на улице, я из последних сил дотянул до кресла в гостиной. Рука с любезно налитым бокалом коньяка заметно дрожала.
– Полагаю, Вам хочется объяснений? – Рената тоже была изрядно уставшей.
– Был бы весьма признателен, – мой голос больше напоминал предсмертный хрип.
– Ну, начнем с того, что ни я, ни Рональд не только не имеем никакого отношения к смертям несчастных, но и, как правило, понятия не имеем, что это за люди. В наши задачи входит только упокоение, если можно так выразиться, голов.
– Почетное занятие! – вырвалось у меня.
– Вы позволите продолжить? Надеюсь, вы понимаете, что занимаемся мы этим малоприятным делом не из любви к искусству или к деньгам. Мы – часть большой организации, это – одна из задач, которые на нас возложены.
– Боюсь предположить, каковы же остальные.
– Ну они самые разнообразные. Например, прятать скрывающегося от полиции убийцу…
– Да не убийца я!
– Заметьте, я верю вам на слово, а вы мгновенно начинаете подозревать меня во всяких ужасах.
Я почувствовал на мгновение даже некую неловкость.
На улице что-то происходило. Крик человека, выстрел, снова крик, рычание, визг, крик, уходящий куда-то вверх, серия выстрелов, топот ног по крыльцу.
– Быстро, сюда.
Лицо Ренаты отображало спокойную решимость, в руках оказался револьвер. Она быстро отодвинула стол, под ним оказался люк в подпол.
– Прыгайте.
В дверь заколотили.
– Открывайте именем закона!
Рената почти пинком заталкивает меня в люк. Последнее, что я вижу, – палец, нажимающий на спусковой крючок. Грохот выстрелов заглушает упавшая крышка. Темно, как в могиле. Какой-то час назад был там, тенденция мне не нравится. Любопытно, но даже в такой ситуации по губам проходит что-то типа улыбки. Стрельба наверху не прекращается. Нападавшие, не ждавшие вначале отпора, взяли, похоже, себя в руки. К запахам погреба добавился запах дыма, видимо, в комнате начался пожар, возможно, от простреленной керосиновой лампы. Быть заживо огненнопогребенным совершенно не хотелось. Зажигалка, к счастью, осталась в кармане. Оглядеться для начала. Глиняные стены, утварь и прочий хлам вокруг. Сбрасываю все на пол в иллюзорной надежде найти потайную дверь. Тщетно. Удушливая гарь заполняет тесное пространство, резь в глазах, кашель, какая-то бутылка с жидкостью, пахнет мерзко, но не спирт, загореться не должно, смачиваю тряпку, к носу, чтобы хоть как-то дышать, ни черта это не помогает, голова начинает кружиться, жарко, зажигалка гаснет, через щели оранжевый отсвет пламени, конец… Грохот, яркий свет… Так, видимо, смотрится проход на ту сторону… Хотя, нет, кажется, еще здесь. Шум в ушах, по лицу течет что-то липкое, скорее всего, кровь… Люка над головой больше нет, как, впрочем, и пожара, и самого дома. Видимо, что-то взорвалось на кухне, может, газовый баллон, да так, что разрушило постройку и погребло всех участников недавней перестрелки. Пытаюсь выбраться на поверхность. Локти и колени тоже кровоточат. Как выгляжу со стороны, даже знать не хочется. В затуманенном сознании рождается мысль выбросить все, что хоть как-то может идентифицировать личность, в догорающие доски. Все, теперь я окончательно господин N, мистер Никто. Вдалеке темнеет пара тел. Похоже, то, что было раньше Демоном и одна из его жертв. Со стороны деревни слышен звук пожарной повозки. Тушить, впрочем, практически нечего. Ноги подкашиваются. Все.
Неяркий свет, стены белые, окна грязно-тусклые, но без решеток, во всяком случае, не тюрьма. Пробую шевельнуться, боль пронзает, кажется, все тело, но перевернуться на бок получается. Можно даже попытаться встать, но стены начинают вращаться чертовым калейдоскопным колесом. Да, комната круглая и вращается одновременно во все стороны, пожирая оскаленным ртом окон хвост двери. Цветной туман в глазах. Дверь шкафа замирает в своей агонии, превращается в крышку гроба, и из нее, громко смеясь, через высунутые мертвые языки выскакивают полуразложившиеся головы. Ты убил, ты убил, ты убил!!!! Мерзкий сатанинский смех. Куда-нибудь отсюда!!! Картинка меняется мгновенно. Гора, огромная, поглощающая половину вселенной, вершины не видно, она не в облаках, просто бесконечно далеко. Она тоже вращается, или я лечу вокруг нее. Я знаю, что за, там, где мне пока не видно, скрыто что-то чрезвычайно важное. Темнота…
