Начать следовало с покупки билетов (это давало некую структурированность намерению). Что подтолкнуло меня купить билеты в Рим? Возможно, просто желание вырваться из замкнутого уже многие дни круга, где мои решения определялись в основном непреодолимыми обстоятельствами. Билет первого класса стоил несусветно дорого, но я был уверен, что Аннет нужен максимальный комфорт в ее состоянии. С каких пор я стал так заботлив? Ну, теперь же я ее законный муж. Улыбнулся. Хорошо. Осталось забрать ее, до отправления поезда оставалось чуть больше часа.
Пара галантерейных магазинов, где теоретически можно обзавестись если уж не графской, то хоть сколь-нибудь респектабельной одеждой, были в силу раннего часа, конечно, закрыты, придется полагаться на удачу. Кажется, она была в это утро на моей стороне. За углом от клиники стояла медицинская карета без медицинского, собственно, персонала, как прекрасно работает местное здравоохранение – ни одного больного, но со скучающим шофером. Пара минут болтовни ни о чем, веселый розыгрыш, все только этого и ждут, больная давно выздоровела, а компания, гуляющая с вечера, уже охлаждает шампанское, вот десять фунтов, сэр.
Мы вошли через черный ход, оставив мотор кареты включенным. Аннет, к счастью, не спала и была искренне рада меня увидеть, хотя и удивлена, без сомнения. Завтрак в госпитале закончился, а процедуры пока не начинались, в коридоре никого не было.
– Собирайся скорее.
– Куда, мой дорогой? – она улыбалась без боли.
– Мы едем в Рим.
– С тобой – хоть на край света, – она была игрива и несерьезна.
– Быстрее.
Я стал собирать те вещи, что оказались в палате.
– Но я так слаба, не уверена, что смогу идти.
Она была права, но это дало новый вариант, в коридоре я нашел кресло-каталку, в которую погрузил свою новоприобретенную жену, накрыв ее сверху больничным одеялом. Во всяком случае, это решало вопрос с отсутствием одежды. На вокзале мы оказались минут за 15 до отправления, что дало нам возможность со всей церемонностью погрузиться в поезд. Я дал водителю скорой еще 15 фунтов, дабы он сообщил, что граф Мейверинк собственной персоной забрал свою супругу, и еще 5 за одеяло и беспокойство госпиталю (заберет, каналья, все себе, конечно). Не думаю, что госпиталь станет так уж беспокоиться по поводу возвращения в лоно семьи пациентки без имени, а полиции есть, чем заняться.
Когда поезд тронулся, я уложил Аннет отдыхать, она была еще совершенно без сил, а себе заказал утреннюю газету, яичницу и бренди. В газете не было ничего про ночную автокатастрофу… Это показалось странным, но, возможно, полиция не торопилась делиться происшествием с газетчиками, либо те, кто организовал убийство, контролировали ситуацию. Не совсем понятно, зачем было использовать для акции столь броский инструмент, как алое спортивное авто. Могли ведь и ножом заколоть и на меня в итоге повесить. Могли бы уже поместить меня в кутузку, или ликвидировать. Но нет, я им нужен живой и на свободе. С нашей ограниченной способностью к перемещениям и метками в виде паспортов мы очень легкая цель для наблюдения. А не едет ли кто из соглядатаев в этом поезде? Вполне ведь могли проследить! Не скатываясь, впрочем, в паранойю, нужно проверить.
Для начала, оставив свою спутницу спать и закрыв дверь купе на ключ, я прошелся по поезду в надежде заметить кого-то из членов банды, но никого ни в открытых купе, ни в вагоне-ресторане не обнаружил. Не исключено, что есть еще незнакомые мне участники. Попробуем другой метод. Через полчаса планируется первая короткая остановка, если за мной следят, то они непременно проявят себя, когда я сойду с экспресса и останусь на перроне. Я дошел до конца поезда и убедился, что дверь в последнем вагоне не заперта, более того, слегка испортил механизм так, чтобы запереть ее стало невозможно.
Аннет мирно спала, я немного поболтал с проводником, оставив ему приятные чаевые, и попросил его сделать так, чтобы никто не беспокоил мою хворающую супругу стуком в дверь. Он обещал непременно проследить, чтобы никто даже не приближался к купе, чего мне и хотелось. Поезд остановился на небольшой станции в пригороде, вероятно, чтобы забрать почту, остановка была всего пару минут, я вышел и стал демонстративно прохаживаться по перрону. Зазвенел звонок, состав тронулся, мимо меня проплывали окна, из некоторых на меня смотрели без особого любопытства пассажиры, медленно, но уже ускоряясь, прошел последний вагон, никто не выпрыгивал из поезда…Пора было садиться обратно, не было бы ничего глупее, чем остаться на этом полустанке. Пришлось пробежаться по шпалам, это было чертовски неудобно, но на свой поезд я не опоздал, предусмотрительно оставленная незапертой дверь легко открылась, я вошел в полумрак тамбура и скорее почувствовал, чем увидел, перед собой человека, он явно ждал меня здесь, просчитав мой план и подстраховавшись…
Несколько секунд ничего не происходило, никаких звуков, кроме стука колес и крови у меня в висках.
– Что Вам угодно, сударь? Позвольте пройти.
