- Я вчера был на допросе, - ответил Валерио, - пока ничего конкретного, свои связи он не сдает, хотя многое уже известно, за ним ведь следили. Часть сети уже ликвидирована. Я спросил у него, за что он убил мою жену, что собирался сделать с детьми.
- И что он? – спросила Гермиона.
- Как оказалось, я сам виноват, - Валерио отложил газету и отпил глоток кофе, - пустил в свой дом магов. А Аньезе он и вовсе назвал чудовищем. Якобы она должна была не работать на Италию, где ее приняли и дали убежище, а связаться с русскими. Тогда бы была не чудовище, а честная девушка.
- А сам он кто? – возмутился Гарри. – Не знаю, как самых маленьких, но Ливио и Елену точно бы убили.
- Господин коммунист, похоже, считает, что моих детей убить можно, ведь у них папа фашист, - сказал Валерио.
- И чем он тогда от нацистов отличается? - резко сказала Агнешка. - Те тоже считают, что человека можно убить за взгляды или форму носа.
- Себя он оправдывает по всем пунктам, - пояснил Снейп, - ведь не просто так, а по идейным соображениям. Наверняка уже придумал, что был вынужден убить несчастную женщину, которая принимала его в своем доме. А дети могли что-то заметить. Тоже «был вынужден», и рука бы не дрогнула. Идейные убийцы самые страшные. Любую гадость оправдают. И будут думать, что переступили через себя ради некоей «великой цели».
- Очередное «всеобщее благо»? – скривился Гарри.
- Что-то вроде того, - согласился Снейп, - оно настолько «всеобщее», что при его достижении кровь льется рекой. А достигнуть все никак не получается.
Валерио допил кофе.
- Спасибо за завтрак, Аньезе, - сказал он, - я договорился на здешней кухне, Джанни будет готовить для нас обеды. Есть несколько тратторий и ресторанчиков, где можно брать еду на вынос.
- Отлично, - кивнула Агнешка, - закажу припасы на фермах и схожу на рынок. Пряные травы, что дети выращивали, я им отнесу. Пусть продолжают занятия.
Примечание к части
Автору и собачке Кнопке на пропитание. Спасибо.
https://money.yandex.ru/to/410016601619623
Работа никуда не делась. При этом опять одолевали любопытные. Немцы были в первых рядах. Из госпиталя выпустили Айсмана. Глаз ему пришлось удалить, и он пугал окружающих черной повязкой. При этом явно мучился, потому что пока не приноровился смотреть на мир только одним глазом. Выглядело это комично, но мужика было жалко. Не задалась у него командировка. Сперва волшебники напугали, потом коллега шпионом оказался.
- Нам Штирлица выдать отказываются, - пояснил Скорцени, который тоже пришел за новостями, - понять можно, он не на кого-нибудь напал, а на принца Боргезе. Очень жаль фрау, приятная дама. Похороны завтра?
- Да, - кивнула Гермиона, - в Санта-Мария Маджоре, в капелле Боргезе. Там семейная усыпальница.
- Нужно будет послать цветы. Позвоню в Рим, договорюсь. А почему вы в палатку перебрались? Понятно, что на вилле небезопасно, но неужели комнат свободных нет?
- Это волшебная палатка, - ответила Гермиона, - она надежно защищена и там достаточно места для всех.
- Нужно будет в гости напроситься, - сам себе сказал Скорцени, - интересно же. Говорят, что герр Боргезе был ранен?
- Ничего серьезного, уже все в порядке.
Он кивнул.
- Да, у волшебников замечательная медицина. Жаль, что Айсман не маг. Глядишь, глаз бы спасли. Рвется допрашивать Штирлица, а его не пускают. Злится страшно. Похоже, что это наш шпион ему глаз выбил.
- Повезло, что глазом отделался, - сказала Гермиона, - у Штирлица рука не дрогнула бы, он и детей собирался убить.
Скорцени покачал головой.
- На войне, так или иначе, гибнут мирные люди, фройляйн, - сказал он, - особенно под бомбами, но это уже бандитизм. Отвратительно. Герр Боргезе сейчас очень занят. Представляю, каково ему приходится.
Обед принесли на рабочее место. Джанни показательно вздыхал.
- Совсем другие условия, синьорина, понятно, тут на толпу готовят. У меня кое-что есть свое, и синьорина Аньезе поделилась. Хорошие кастрюли, а то пришлось бы в котле готовить. Жалко, что мне не управиться с волшебной плитой, но помочь я всегда помогу.
- Агнешка хотела на рынок сходить, - вспомнила Гермиона.
- Да, я ей все показал. О, это настоящая хозяйка: все проверила, во все вникла! Сразу видно, что учили с большим домом управляться. Синьора Дарья, упокой, Господи, ее душу, мало хозяйством интересовалась, всем занимались мы с Марией. У нас все честно, мы хозяйское добро не тронем. Еще мой дед семье Боргезе служил. Но твердая рука и пригляд нужны. Синьор скоро женится, он один не сможет, да и детям женское участие необходимо. Синьорина ему подходит. Такая ни в кухне, ни в бальном зале не растеряется. И какая красавица!..
- А что сегодня на ужин? – спросила Гермиона. Ей даже стало немного неприятно от того, как быстро списали со счетов Дарью. Как будто ее и не было.
- Синьорина хочет двух уток зажарить, - ответил Джанни, - тоже интересный рецепт – с вишнями. Вишня уже поспела, будем варенье варить.
