Смущенных и чуточку испуганных маленьких сквибов увели. Взрослым подали вино и закуски, а затем провели для них обзорную экскурсию. За счет фонда их устроили в гостинице. Англичане пробудут тут неделю, чтобы получить максимально полное впечатление.
Вот наконец и все.
- Даже не верится, - сказал Марчелло, - ну что, к моим? Ужасно соскучился по детям.
- Я тоже, - устало улыбнулась Гермиона, - как-то они там? Так надолго мы еще не уезжали.
Они перенеслись порт-ключом в дом родителей Марчелло, где были тут же атакованы двумя кудрявыми черноглазыми вихрями. Дети… Семилетний Валерио Джон Марио (второе имя, данное в честь английского деда, уже давно исправили на Джованни) и трехлетняя Аньезе Джейн Ракеле.
Марчелло подбросил в воздух сына и дочь. Ответом был счастливый визг.
- Давайте, давайте к столу, все давно готово, - сказала синьора Ракеле, - вижу, что устали. Бедные мои! Совсем себя не бережете.
- Тут гостинцы, - сказала Гермиона, поцеловав детей, - купили на всех огневиски и обычный солодовый. А еще альбомы, игрушки, книги. Как нас только таможня пропустила!
- Муж Мастер рун – это не только знак на цепочке, но и практическая польза, - рассмеялся Марчелло.
- Меня опять спрашивали на днях, не родственник ли я знаменитым синьору и синьоре Тоцци, - широко улыбнулся дедушка. – Как съездили, дети?
- Ох! – махнула рукой Гермиона. – Кошмар! Если бы не Марче, я бы в драку полезла. Никаких нервов не хватает. Так носы воротили! Один деятель договорился до того, что, дескать, Марче дали звание в рекламных целях, представляете? Как будто не знает, что такое просто невозможно, а правила едины для всех стран.
- Пусть думают, что хотят, - сказал Марчелло, - мы-то все точно знаем, что и как.
- Как не стыдно оговаривать чужое мастерство! – покачал головой отец Марчелло. – Понимаю тебя, дочка, я бы тоже в драку полез.
- Про Англию много чего говорят, - вздохнула синьора Джованна, - хотя вот ты, Гермиона, Гарри и синьор Снейп люди очень порядочные. И к нашим обычаям с пониманием относитесь. Но так всегда бывает, что на виду не достойные люди, а те, кто громче всех кричит.
- А знаете, что самое смешное? – спросила Гермиона. – У лорда Абраксаса Малфоя, который чуть ли не больше всех нос задирал, оберег работы наших учеников. Своими глазами видела.
- Ну, дочка, - махнул рукой дедушка Тоцци, - так всегда бывает. Охаять-то всегда можно, язык без костей, а качество чуют. Сынок, ты наливай вино, чего ждешь? Сейчас и суп подадут.
- Прости, отец, рассердился, что про Марче такое говорили, - синьор Марио наполнил бокалы, - дети такое хорошее дело делают, так стараются. На весь мир прославились, а тут такое. Да что там говорить… Ну, за вас и за вашу школу!
Гермиона с удовольствием отпила несколько глотков восхитительного «Ламбруско». Хитрые итальянцы на экспорт поставляли в основном сладкие сорта, а сами наслаждались сухими. А тут еще и магический вариант.
- Соскучились по родной кухне? – посмеивалась синьора Ракеле, подкладывая вкусные кусочки на тарелки и следя, чтобы маленькая Аньезе не испачкалась.
- Мама, ты не поверишь, - сказал Марчелло, - Гермиона мне говорила, я помню, но до конца не верил. Ну как же так! А они действительно верят, что мы тут в Италии одними макаронами и пиццами питаемся. И томатный суп в коробках продают. В английской кухне хватает вкусного, Гермиона готовит, но этот суп в коробках… Mamma mia!
- Ешь, сынок, ешь! И ты, дочка! Бедные мои!
- Нам еще и двух детей подкинули, - сказала Гермиона, - представляете, мы уже всех собрали, зашли в комнату, где должен порт-ключ сработать, а тут кто-то вталкивает двух девочек и говорит: «Забирайте сквибенышей!». Хорошо, аврор пропустил. Как так можно! Они такие худенькие, чумазые, оборванные. Мы их в госпиталь сразу отправили.
Тоцци дружно качали головами. А Гермиона чувствовала себя… дома. Почему-то в Англии ей вдруг стало неуютно. Даже странно.
Может быть, дело было в том, что Англия начала 50-х годов разительно отличалась о той, что помнила Гермиона? А может, в чем-то еще? Агнешка как-то сказала, что дом там, где сердце. А ее сердце навсегда прикипело к Марчелло, детям, Италии и друзьям. Школа отнимала много времени и сил, дети требовали внимания, к тому же ей нравилось возиться по хозяйству, помогать мужу. А был еще проект с курортом, который быстро окупился и стал приносить хорошую прибыль. И от светской жизни отказываться было нельзя, директриса такой школы фигура публичная.
- Ай-я-яй, кто соусом измазался? – синьора Ракеле вытерла довольную физиономию Аньезе салфеткой.
