Странная мисс Сэвидж полностью

Все выходят. Доктор Эмметт поворачивается к Миссис Сэвидж.

Доктор Эмметт: Мисс Вилли сказала мне, что вы хотите посмотреть вечерние газеты. Зачем?

Миссис Сэвидж: Так, по привычке...

Доктор Эмметт: Вот они. (Протягивает ей газету. Она берет ее и подходит к дивану). Я представляю, как вы будете довольны, когда увидите, сколько бед вы натворили.

Миссис Сэвидж (берет и разворачивает газеты): О! Тит на первой странице! (Читает) «Сенатора застали в оранжерее Белого Дома!»

Доктор Эмметт: Я только что разговаривал с ним. Он очень недоволен...

Миссис Сэвидж: Еще бы! Представьте себе, вырвать с корнем все петуньи у президента!

Доктор Эмметт: Ваше положение значительно ухудшилось

Миссис Сэвидж: Зато мое настроение улучшилось! А нет ли сообщений о Сэмьюэле?

Доктор Эмметт: О, есть! (Дает ей другую газету). Вот, «Бостон пост».

Миссис Сэвидж (читает, потом с радостью): Великолепно! Бедняга Сэмьюэл, все эти кирпичи свалились ему на голову! «Каминная труба упала на бостонского судью». (Отрывает гла­за от газеты). Что поделаешь! Некоторых людей надо науськивать не на каминные, а на фабричные трубы.

Доктор Эмметт: Как это они поверили вам?

Миссис Сэвидж: По-моему, следовало бы их упрятать под замок, вы не находите, доктор? (Переворачивает страницы га­зеты). Ничего нет о Лили-Белл?

Доктор Эмметт (дает ей еще одну газету): Ваша способ­ность вызывать скандалы достигла, по правде сказать, наивыс­шего предела.

Миссис Сэвидж (берет газету): Какая ужасная фотография Лили-Белл!

Доктор Эмметт: Если верить тому, что тут пишут, то она оказала сопротивление полиции.

Миссис Сэвидж: Вижу... «Варварское поведение одной дамы в музее. Бывшая польская княгиня укусила полицейского». (Поднимает глаза).

Доктор Эмметт: Но какую пользу вы хотели из этого из­влечь, Миссис Сэвидж?

Миссис Сэвидж: Можно ли оставлять деньги в руках этих людей? Деньги сделали Тита сенатором. Деньги сделали Сэмьюэла судьей. Ни тот, ни другой не имели никакого права на эти должности. Лили-Белл растранжирила миллион на содержание своих шестерых мужей.

Доктор Эмметт: Может быть, все это так. Но они считают учреждение «фонда» памяти вашего мужа глупостью, абсурдом.

Миссис Сэвидж: Есть тысячи учреждений, где с умным видом занимаются глупостями. А не лучше ли сделать наоборот?

Доктор Эмметт: Что привело вас к такому убеждению?

Миссис Сэвидж: Я хочу помочь людям осуществить их желания. Вот, например, я уверена, если бы Ганнибал смог получить скрипку тогда, когда он этого хотел, то теперь он не пиликал бы на одной струне в вашей «Тихой обители».

Доктор Эмметт: Возможно...

Миссис Сэвидж: Я хочу, чтобы моего мужа вспоминали с благодарностью. Я потому я не отрекусь от своего «фонда».

Доктор Эмметт: Мы потом поговорим об этом. А сейчас ваши дети хотят видеть вас. (Идет к двери). Войдите. (От­ходит в сторону, впуская Тита, Лили-Белл, Сэмьюэла, у кото­рого одна рука на перевязи). Я буду здесь неподалеку на тот случай, если я вам понадоблюсь. (Выходит и оставляет их одних).

С минуту царит молчание.

Лили-Белл (налетает на мисс Сэвидж как фурия): Как ты осмелилась сде­лать из меня посмешище... как ты осмелилась?!

Сэмьюэл: Ты хотела меня погубить. Ты знала, что этот старый камин обрушится, как только я начну вынимать кирпичи.

Миссис Сэвидж: А я думала, что все члены нашей семьи – люди нормальные...

Тит: Воображаю, как ты довольна тем, что еще раз опозо­рила имя Сэвиджей.

Миссис Сэвидж: Ты раскопал клумбу, Тит?

Тит: На меня набросилось восемь полицейских, которые буквально опрокинули меня на землю. Они подумали, что я хочу подложить бомбу под президента.

Лили-Белл: Почему ты не сказал журналистам, как это сделала я? Что ты – лунатик.

Тит (вырывает у нее газету): Попробовала бы ты объясниться, когда на тебя навалилось восемь здоровенных мужиков!

Миссис Сэвидж: Она была бы только счастлива оказаться в таком положении.

Тит (читает): «Как известно, мать сенатора, актриса Этель Сэвидж, была помещена в клинику в связи с нервным расстройством. Демократические лидеры немедленно заговорила о том, что именно этот факт смог бы объяснить многочисленные случаи странного поведения ее сына – сенатора в Конгрессе». (Бросает газету на пол). Да понимаешь ли ты, что это для меня значит? Вся эта история меня убивает.