Ламберг! крикнул мастер Кертен, ты закончил? Почти! Ламберг свесился с платформы, еще минут десять! Мастер что-то проворчал и пошел дальше, пробираясь между контейнерами с горячей водой, маслянистым щелоком, поташом и содой, растрепав волосы под ветром, дувшим из сушилки для отжатой шерсти, а затем остановился возле сортировщика, который наблюдал за вращением зубчатых дисков. Гюнтер! окликнул его мастер, как там дела с высшим сортом? Сами изволите видеть, ответил Гюнтер, не больше одного килограмма на три-четыре первого сорта, пять-шесть второго, уж не говоря о третьем, его стало еще больше. Это просто мизер! скривился мастер, а давно ты осматривал диски? Я, господин мастер, ответил Гюнтер, их каждое утро осматриваю. Все так говорят, буркнул Кертен, а толку никакого!
Ламберг так резко сомкнул веки, словно хотел ими что-то схватить. Окликнув кочегара, он велел ему остановиться. Затем выключил индуктор, прочистил затор, наполнил смесители, отрегулировал направляющие и приводные ремни, снова позвал кочегара и включил насос паровой машины. Знакомый грохот, тот самый каскад звуков, который он слышал каждую ночь перед тем, как заснуть, стал нарастать и наконец взмыл к потолку. Водяными каплями сконденсировался пар. Цилиндры постепенно разогрелись. Насос засвистел, маховики набрали обороты. Ламберг смотрел на машину, и ему казалось, что он видит собственный организм. Клапаны взлетали, бобины вибрировали, поршни ходили ходуном, трубы дрожали, регулятор рычал, шестерни скрипели, шарниры вращались.
Отойдя от станков, рабочие сбились в кружок. Среди них были мужчины, женщины и дети. Подоспел час обеда, но никто не ел. Только дети жевали хлеб со свиной кол-басой. Все молчали и тянули шеи к одной и той же точке в центре круга, там стоял один из рабочих, что-то тихо говорил и одновременно яростно размахивал руками. Ламберг слушал и кивал, то и дело закрывая глаза. Друзья! говорил стоявший в центре рабочий, действовать нужно уже завтра, ждать больше нельзя. Положение наше таково, как есть, и ничего не изменится, если мы не надавим. У начальников свои средства, у нас свои. В Англии рабочие переломали всю технику, сожгли цеха. Мы за более мирные средства, хотя бы до поры до времени. Хватит жить в страхе. Среди нас есть такие, кому уже семь лет обещают контракт. Среди нас есть дети, которые работают, чтобы помочь родителям, только за кормежку. Наши жены отрабатывают полные смены, а вместо половины жалованья получают только четверть. Мы, ваши представители, обсудили все на собрании и проголосовали «за», но сейчас хотим послушать вас, наших товарищей. Голос имеет каждый. До начала работы осталось пять минут. Предлагаю всем по очереди высказать свои замечания и возражения. После этого мы проголосуем за каждое из них. Согласны? Да? Отлично. Все согласны. Тогда слово тем, у кого есть что сказать. «Да» или «нет» завтрашней забастовке? Возражения, соображения, сомнения? Что-нибудь еще! Ничего?