Подойти к горящей нефтянке так близко, чтобы можно было хорошенько осмотреть ее, было само по себе рискованным делом, так как она бесконтрольно прыгала на волнах и грозно извергала дым и огонь, как бы обещая погубить всякое судно, которое посмеет приблизиться к ней. Временами ветер подхватывал пламя и дико швырял его то туда, то сюда.
Один раз, когда «Звезда» проходила почти под самой кормой нефтянки, порыв ветра неожиданно погнал пламя прямо на палубу «Звезды», так что люди, которые стояли там и наблюдали, испуганно шарахнулись кто куда.
— Ветер крепчает, — сказал шкипер. — Надо поторопиться.
Вскоре они разглядели на носу нефтянки солидный ворот.
— Надо полагать что он привинчен к палубе достаточно крепко и вполне способен послужить нашей цели, — сказал капитан Белль. — Но теперь вопрос: как же мы зачалимся. Толстый канат не выбросишь на таком расстоянии, а от тонкой чалки толку мало.
— Я думаю, что если мы бросим, скажем, штук шесть легких чалок, они выдержат не хуже, чем один толстый канат, — сказал Брайтон.
— Сомневаюсь, но попробуем.
Капитан Белль сам встал у штурвала и творил положительно чудеса, играя в пятнашки с прыгающей на волнах нефтянкой, между тем как Брайтон бросал чалки то с переднего, то с заднего конца мостика, а матросы моментально выпускали их на достаточную длину, как только они зацеплялись на нефтянке.
Когда четыре чалки благополучно протянулись между «Звездой» и нефтянкой, как результат долгих усилий, значительного риска и неутомимого терпения, они решили попробовать натянуть их. Но ветер и волны оказали такое сопротивление, что чалки лопнули, словно ниточки.
— Вы были, правы, сэр, так ничего не сделаешь, — крикнул Брайтон на ухо капитану Беллю, приложив руки рупором ко рту, так как ветер неистово завывал теперь над океаном. — Но если мы хотим что-нибудь сделать, надо спешить, а то будет поздно.
— Что же делать, — вскричал шкипер.
— Я отправлюсь на нефтянку, сэр, а вы бросите мне чалку со стальным канатом, прикрепленным к ней.
— Нет, этого нельзя, — нерешительно ответил шкипер. — Посмотрите, как бушует огонь. Вы там изжаритесь живьем.
— Но ведь для меня эта нефть столько значит, сэр! — воскликнул Брайтон.
— Жизнь дороже, милый. Стоит ли рисковать.
— Да, стоит, сэр. Я отправлюсь. Теперь или никогда.
И он отправился.
Даже спустить лодку при таком волнении было не шуточное дело. Но команда «Звезды» состояла из отличных моряков. Боцман и трое матросов, которым была обещана двойная награда, сопровождали Брайтона. Ежеминутно рискуя быть опрокинутыми, они отошли от «Звезды» и медленно приблизились к горящему судну. А там, под ее высоким, дюжим носом, который при каждом скачке судна грозил раздавить утлую скорлупку, они совершили самое, казалось бы, невозможное.
Улучив минутку, Брайтону удалось поймать одну из брошенных им раньше чалок, которая совершенно свешивалась с носа, развеваясь по ветру. Крепко ухватившись за нее, он стал карабкаться на черный борт пылающего судна. Нефтянка бешено скакала на волнах, и Брайтон то взлетал высоко вверх и ударялся об ее железную обшивку, то его швыряло в сторону и бурные волны чуть не захлестывали его. Но, наконец, ему удалось схватиться за перила, и он взобрался на палубу. В это мгновение пламя метнулось прямо в его сторону. Он почувствовал жгучую боль на мокром лице и должен был закрыть лицо руками.
Но на его счастье ветер тут же отклонил огонь в другую сторону, а вместе с ним и спиравший дыхание смрадный дым.
Однако, нестерпимый жар снова вернулся и пламя забушевало кругом Брайтона. Он побежал на самый нос п бросился там лицом вниз на железные плиты, с обожженными легкими и таким ощущением, точно вся его кожа трескается. Еще миг, и он бы задохнулся, кажется. Но тут огромная зеленая волна обрушилась на нос нефтянки.
Она принесла облегчение, но зато она чуть не унесла его с собой в середину нефтянки, куда она ринулась бурлящим водопадом. Через миг она исчезла в огне, разлив по палубе горящую нефть, которая побежала пылающими змейками по всем направлениям. Одну секунду пламя было так близко от Брайтона, что он должен был схватиться за рею[7], чтобы спасти свои ноги от пылающего мазута.
Затем наступили мгновения, когда он мог подумать о деле, ради которого явился. Чалка, брошенная со «Звезды» самим шкипером, со свистом разрезала воздух. Брайтон поймал ее и проворно начал тянуть. Она стала гораздо тяжелее, когда со «Звезды» спустили стальной канат.
Он тянул и тянул, напрягая всё свои силы. Наконец, петля каната была в его руках. Он потащил ее к вороту и проворно закрутил там.
Едва он это кончил, как багровые языки огня и густой смрадный дым снова ринулись в его сторону. Снизу, с волнующейся поверхности воды, теперь скрытой за дымом, ему что-то кричали. Что именно, он не мог разобрать. Но он сделал единственное, что, повидимому, оставалось делать. Он искал спасения от нестерпимого жара и пламени в воде.
