Галина почти не отреагировала, когда Оксана села на кровать. Она лежала, упершись взглядом в стену. Глаза покраснели, лицо опухло.
– Галь, ну ты чего? – Оксана понимала, что вопрос глупый, но надо было хоть что-то говорить. – Галь! Ты же всегда была такой оптимисткой! Всё будет хорошо!
Галина кивнула.
– Я понимаю, что, может быть, сейчас не самое лучшее время… хотя как раз самое лучшее для того, чтобы попытаться сделать трансформацию.
Взгляд Галины приобрёл осмысленность, и она посмотрела на Оксану с надеждой.
– Думаешь? – прохрипела она. – И тогда весь этот кошмар закончится?
– Я ничего не могу обещать, – пожала плечами Оксана. – Но если ты сможешь найти причину и убрать её…
– Ты мне поможешь?
– Давай попробуем. Скажи, что ты сейчас чувствуешь?
– Ужас.
– Это я понимаю. Но ведь этим словом можно обозначить множество разных состояний. К примеру, если из могил лезут мертвецы, а ты в это время сидишь возле телика, это один ужас. Если ты идёшь ночью по кладбищу и где-то завыла собака, то это совсем другой ужас. Ты должна погрузиться в свой ужас и сказать, на что он похож.
Галина резко села на кровати и, едва сдерживая слёзы, процедила сквозь зубы:
– Мой ужас похож на то, что мои дочери сошли с ума!
– Нет, Галь. Так у нас ничего не получится. Ты обманываешь меня.
– Я? Обманываю?!
– Да, Галь. И не только меня, но и себя.
– Я не понимаю!
– Хорошо. Давай сформулируем вопрос иначе. Когда у тебя ещё не было детей, было такое, чтобы ты так же лежала, смотрела в стену и была в подобном ужасе?
Галина закрыла лицо ладонями и кивнула.
– Расскажи, что тогда произошло.
Галина замотала головой и снова упала на подушку.
– Это было настолько ужасно, что даже не можешь рассказать?
– Не хочу вспоминать.
– А надо, Галь. Потому что на самом деле оно не забылось. Оно продолжает болеть. А если точнее, то какая-то часть тебя до сих пор находится в том отрезке времени. Ты живёшь, радуешься жизни, а та частичка продолжает страдать, потому что ты так и не пережила тот стресс, не приняла его, не осознала. Понимаешь? И может быть… я даже почти уверена, что если ты трансформируешь ту ситуацию, то и девчонки твои поправятся.
– Думаешь? А какая связь?
– Не знаю. Ты же не рассказываешь. Но я уверена, что связь есть. Ведь тебе сейчас вспомнилась именно та ситуация.
– Ладно, давай я сама попробую.
– Хорошо, – улыбнулась Оксана. – Попробуй сама. Я тогда пойду?
Галина кивнула.Оставив Галину, Оксана залезла на чердак, чтобы в спокойной обстановке продолжить путешествие по лабиринтам памяти. Она подошла к зеркалу и посмотрела в мутное, изъеденное чёрными точками стекло.
