– Д-да ладно, я понял, – буркнул Вовка. – Сам уйду.
Когда он ушёл, Владимир, глядя в землю, сказал:
– Кома второй степени гипо-питу… в общем какой-то орган в мозгу перестал вырабатывать гормоны.
– Гипофиз? – подсказала Оксана. Владимир кивнул.
– Врачи сказали, что ещё два дня, пока точно диагноз поставят, полежит бесплатно, только за лекарства и анализы надо заплатить, а потом, если хотим…
– А сколько? – спросила Оксана.
– Наших накоплений хватит на пару недель. Потом не знаю… даже если будем работать только на больницу. И то не хватит, придётся увеличивать объёмы…
– Куда ещё-то увеличивать? Это едва успеваете развозить.
Владимир пожал плечами и сел в машину. Но дверь не закрыл.
– А стервятники уже налетели, – еле слышно сказал он.
– В смысле? – переспросила Оксана. И тут же поняла, о чём речь.
– Типа, если ваша девочка не очнётся, то почки, кожа, сердце… – Владимир нервно засмеялся. – Деньги предлагают. А у нас ведь ещё Дашка.
– А с ней что?
– Врачи говорят: то же самое, но медленнее развивается. Сидит, молчит… вроде аутизма. Нужна срочная терапия, и тоже деньги немалые.
– А Галка что?
Владимир вздохнул и махнул рукой:
– Представь, тебя поставили перед выбором: разобрать одну дочь на запчасти, чтобы попытаться спасти другую, или потерять обеих.
– Не представляю… – прошептала Оксана.
Владимир немного помолчал, а потом с надеждой посмотрел на Александра:
– Сань, а может, всё-таки сходим ещё раз к камню? Попросим, пусть вернёт всё, как было.
– Ага, – кивнул Александр. – А ещё надо ёлку срубленную обратно в лес отнести. Нет, Вовка. Точка невозврата пройдена. Теперь только вперёд.
– Куда вперёд?! Куда?! – закричал Владимир.
– Ладно, ладно! – согласился Александр, чтобы как-то его успокоить. – Давай сходим. Чем чёрт не шутит? Только мне сначала надо вторую пару лыж отыскать. Я их в селе оставил, когда бульдозер угонял. Сейчас мы с Оксаной поедем их заберём, а завтра с утра… Хорошо?
Владимир кивнул, захлопнул дверцу и махнул Бобу рукой «поехали».
