Это была новая Светлая. Зачастили Странницы в этот мир. Особенно в Сайбию. Особенно к эльфам. Но и эта была уверена, что мужчины ими только пользуются, хотя никакого вреда ни для кого в этом не видела. Она как раз путешествовала по мирам не одна, а с мужчиной, даже призналась Лене по секрету, что мужчина этот ей очень нравится, потому ее мало волнует причина его привязанности к ней. Она тоже считала, что шут мешает Лене на ее Пути, а с другой стороны, если Лене захочется куда-то идти, так почему она непременно должна идти одна, а не с друзьями, хоть вдвоем, хоть втроем, хоть впятером. Одной бывает грустно, особенно когда приходится ночевать не в деревне или городе, а в лесу или в чистом поле. Разбойники, конечно, не тронут, а вот волкам что Светлая, что не Светлая, главное, упитанная… И она похлопала себя по пышным бедрам и позавидовала Лениной стройности. Ей на вид было лет сорок, как и самой Лене, и внешность у нее была, как и положено, заурядно-симпатичная, а платье – классическое черное. Ей очень понравилось серое шерстяное Ленино платье, и они даже о тряпках поговорили, толстушка показала ей свое любимое платье из светло-розового льна с яркой вышивкой по подолу.
А вот после обычного трепа они перешли к серьезным вопросам. Лена рассказала ей о своих страхах, не упоминая, однако, о знакомстве с ар-драконом, и Странница долго смеялась: нет, дорогая, уж что-то, а такое не случится, ни одна Светлая не застрянет в мире, если не захочет там застрять. Если ей хочется, она может вернуться домой, прихватив с собой своего мужчину, только ему там будет неуютно, а уж ей и подавно. «Разве тебе не нравится чувствовать себя настолько нужной? Я не верю в силу наших благословений, но люди верят, люди радуются, когда видят нас, делятся с нами своими бедами и радостями, разве это плохо? Кому-то ты была так нужна в своем мире, хотя и друзья были, и, возможно, мужчины? С тобой ведь часто откровенничали без меры, а потом не знали, куда глаза девать, хотя ты никогда ничьей откровенностью не пользовалась? Судьба у нас такая – быть жилеткой, в которую плачутся. Или плечом, на которое можно опереться. Если у нас спрашивают совета, можно его и не давать, но мнение свое лучше высказать: знаешь, мы редко ошибаемся. И чем длиннее наш Путь, тем реже. Тебе нравится жить здесь? Живи. Хоть пять лет, хоть двадцать пять. Что такое двадцать лет для Странницы, сестра? Минуты. Рано или поздно захочешь пойти – и пойдешь. Мы самые свободные люди в мирах магии».
Она знала о Лене, причем знала достаточно много – и о шуте, и о том, что она привела в мир Владыку эльфов. Странницы встречались, старались поддерживать связь – при их способностях это было легче легкого. Собирались периодически в определенном мире и рассказывали, где, что и как. Лена была у них главным поводом для сплетен, споров и разговоров. Все-таки устроить такое потрясение, как переселение целого народа, – это придумать надо.
– Они умирали, – напомнила Лена, – и умерли бы все, если бы не это переселение. И людей бы умерло в десять раз больше. Значит, по-твоему, спасти сорок шесть тысяч – это потрясение, а проклясть целый мир – поддержание Равновесия?
– А ты спроси об этом Владыку, – вздохнула Странница, – проще всего. Сама удивишься его ответу. Миры гибнут, с нами или без нас.
– А кто дал тебе право решать, какой мир должен погибнуть? Тоже мне, боги!
– Мы не боги. Мы Светлые.
– Это вы Светлые, – мстительно сказала Лена, – а я – Аиллена, Дарующая жизнь. Вы просто источники силы, а я Первичный источник. Разницу улавливаешь?
– Ты в это веришь?
– Представь себе! Ты – колодец. Я – океан.
– Владыка сказал?
– Он самый. Врет?
– Нет, зачем. Не думаю, хотя он соврет – недорого возьмет, Что ты хочешь с политика… Правда, если бы наших с тобой мирах были такие политики… – с завистью произнесла Странница. Лена ее охотно поддержала:
– Ага, их бы аккуратно постреляли всякие Освальды…
– Не знаю, кто такой Освальд, но тебя понимаю. Ты права, сестра. Всему свое место. Нам с тобой – здесь, нашим президентам да императорам – там…
– Владыке Лиассу – в Сайбии.
– Может быть. Ты решила, ты сделала. Не думаешь же, что мы дружно кинемся проклинать этот мир, потому что ты привела в него Владыку?
– Думаю, – призналась Лена. – Очень даже думаю.
– Во всяком случае мы подождем, – засмеялась толстушка. – Понаблюдаем. Лет двести. А вдруг это было гениальное решение, которое удержит Равновесие еще тысячи лет? Бывало и такое. Что на первый взгляд казалось просто убийственным, оказывалось верным. Нам свойственно принимать интуитивно верные решения. Ты вроде просто пожалела этих эльфов… Они так хорошо с тобой обошлись?
– Они ужасно со мной обошлись, и ты знаешь как.
– Но ты их все равно пожалела… Эх, бабы мы, бабы, дуры… Я вот своего тоже пожалела, считай, из петли вытащила. Он так на меня смотрел, будто я и в самой деле богиня какая-то. Ну, подошла, забрала… Мне сразу отдали, только попросили увести из этого мира.
– Преступник?