Ее перебил звонок в дверь. Робин нахмурилась и глянула на часы. До конца сеанса оставалось еще двадцать минут.
– Подожди немножко, – сказала она Дэниелу. – Пойду посмотрю, кто там.
– Можно я пока поиграю с грузовиком?
– Конечно. – Робин поднялась с ковра. – Сейчас вернусь.
Менни уже скреб когтями дверь и задорно вилял хвостом. На крыльце мог стоять убийца-людоед, а ее бесполезный пес лишь приветствовал бы его радостным гавканьем… Робин посмотрела в глазок. Человека на подъездной дорожке она видела первый раз.
– Кто там? – спросила Робин, разглядывая гостя.
– Доктор Робин Харт? – ответил тот. – Я – детектив Натаниэль Кинг из полицейского управления Индианы. Мы с вами вчера общались по телефону.
Мужчина вытащил из кармана удостоверение и показал его в глазок.
О, черт…
– Здравствуйте. Очень жаль, но я не смогу поговорить с вами прямо сейчас – у меня пациент, – произнесла Робин, открыв дверь.
– Ничего страшного, я подожду.
Детектив был высок ростом. Волосы черные, как смоль, щеки гладко выбриты, вокруг карих глаз при улыбке разбегаются лучики. Слегка помятый серый костюм. Мелоди назвала бы Кинга симпатичным – высоких мужчин она обожала. Мама, напротив, тут же его невзлюбила бы: во-первых, коп, во-вторых – одет небрежно. Если уж совсем честно – мать была немного расисткой и афроамериканцев недолюбливала.
– Мы можем поговорить позже, по телефону, – предложила Робин.
– Знаете, мне больше нравится с глазу на глаз, – не сдавался Кинг. – Много времени я у вас не отниму.
Робин надо было возвращаться к Дэниелу.
– Хорошо, я закончу через двадцать минут.
– Прекрасно! – Кинг сунул руки в карманы. – Я подожду в машине.
Робин вернулась в игровую комнату, ощущая поселившуюся внутри тревогу. Дэниел сосредоточенно играл с грузовиками. Мысли Робин понеслись вскачь: зачем детектив Кинг проделал такой путь? Назвал ее доктором Робин Харт, хотя по телефону она представилась просто по имени… Успел изучить ее личность?
Вчера вечером, когда ей пришло в голову позвонить в полицию, она была в довольно странном состоянии: тут и тревожные результаты поиска в интернете, и рискованная прогулка по темному парку. Встав наутро с ясной головой, решила: теория не выдерживает критики. Да, Кэти играла в довольно жестокие игры, а Робин истолковала их слишком буквально и сделала поспешные выводы. И вот у порога стоит полицейский… Сейчас начнет спрашивать, откуда у нее информация.
Робин заставила себя вернуться к занятию. С детективом разберемся позже. Дэниела одолевают дезадаптивные мысли; ему нужна помощь, сам он с ними не справится.
Она взяла с полки картонный макет пряничного человечка и уселась подле маленького пациента.
– Помнишь, на чем мы остановились?
– На моих мыслях, – ответил Дэниел, продолжая катать грузовички.
– Верно. – Робин протянула ему ручку. – Хочу, чтобы ты написал…
– Можно, я еще немного поиграю?
– Конечно, – машинально откликнулась она. – В этой комнате только ты решаешь, чем заняться.
– Ага, – удовлетворенно хмыкнул мальчик и запустил грузовик в угол кабинета.
Коп уже нарушил нормальный ход занятия. Прервал Робин, отвлек Дэниела…
– Кстати, я придумала новую игру, и, по-моему, она исправит твое настроение, – заговорила она. – Если согласишься попробовать, грузовик можешь забрать с собой до конца недели.
Подкуп – метод не самый идеальный. Не следует возводить его в правило.
Дэниел немного поколебался и пожал плечами:
– Ладно. – Оставив грузовик, взял ручку и пряничного человека. – Что я должен делать?
– Запиши на руках и ногах человечка свои плохие мысли.
– Какие?
– Начни с тех, что приходили тебе в голову вчера.
Дэниел наклонил голову, приготовившись писать, а Робин вновь задумалась о визите детектива. Не следует ему разговаривать с Клэр и Питом. Им и без того нелегко. Наверное, лучший способ отвадить копа – прикинуться дурочкой… Станет ли он угрожать? Ей вспомнились полицейские сериалы: наверное, Кинг стукнет кулаком по столу, заявит, что она препятствует следствию, и потому может оказаться за решеткой. Ну что ж, пусть попробует – не на ту напал!
– Я всё, – окликнул ее Дэниел.
– Ну и молодец.
Робин бросила взгляд на пряничного человечка. Писал мальчик неразборчиво, и все же ей удалось расшифровать: «Я толстый» – на одной руке и «Малыш» – на левой ноге.
– Дай-ка ручку.
Он подчинился, и Робин нарисовала на лице пряничного человека хмурую рожицу.
– А теперь оторви руки и ноги. Потом прочитаешь вслух то, что написал.
– Хорошо, – с сомнением пробормотал Дэниел, оторвал руку и прочел: – «Я толстый».
– Давай дальше.
– Не хочу вслух!
– Не хочешь – не надо, – улыбнулась Робин. – Оторви ножки и другую руку.
Дэниел послушался, и картонные конечности разлетелись по ковру. Туловище мальчик тоже уронил на пол. На долю секунды у Робин перед глазами появился рисунок Кэти с первого сеанса – фигурка с кровоточащими руками и ногами. Она быстро отбросила ненужное воспоминание.
– Что, по-твоему, сделали плохие мысли с пряничным человечком?
Дэниел потеребил нижнюю губу.
– Он остался без рук. И без ног.
