– Да, я слышу призраков, – после хмурого молчания процедил Шестой. – Я слышу их, но я не говорил, что мне это нравится. Призраки – это хуже всего. Они все только плачут, просят, зовут на помощь, а я ничего не могу сделать… Совершенно. Иногда даже просто не знаю, как помочь.
Кит был из тех людей, которые не сильно верят во фразу «ничего не могу сделать». Для него «не могу» было синонимом слова «не хочу», но мерять всех одним аршином он не стал. Тем более сама причина не любить эту сторону была какая-то честная, правильная. Он и сам не любил видения из-за того, что не мог ничего изменить, но, по правде говоря, больше из-за того, что они мешали ему быть нормальным. Шестого же в таком эгоизме обвинить было нельзя.
– Тут все проще. – Кит подошел к новичку и легко, по-дружески хлопнул его по спине. – Если сможешь с ним поговорить, мы ему точно поможем. Обещаю!
Откуда взялась эта уверенность, он и сам хотел бы знать. Но Шестой поверил.
Посмотрел неуверенно, покосился на ежедневник и робко улыбнулся.
– Раз так… Только я сейчас никого не слышу.
– Ничего. – Кит снова хлопнул его по плечу. Почти потухшая надежда полыхнула новым светом. – Ты, главное, слушай. А я тебя введу в курс дела, если спать не собираешься.
Шестой медленно покачал головой. Ему самому, судя по вернувшемуся спокойствию, стало немного легче.
– Буду очень благодарен, если ты мне все объяснишь.
– А ты знаешь, что мы неправильно зовем такой вот пирог шарлоткой? Настоящая шарлотка совсем не такая. Она делается из…
– Не нравится – дай сюда тарелку.
– Нравится! Очень вкусно. Пакость, верни тарелку. Пожалуйста…
После вчерашнего сумасшедшего ливня Беседка никак не могла так быстро высохнуть, но каким-то чудом она, распростертая под небом, заросшая высокой, густой травой, к десяти часам утра нового дня успела избавиться даже от капелек росы.
Немо и Пакость пришли сюда со скуки, неся чашки с горячим кофе и тарелки с еще теплым яблочным пирогом, который вставший рано Пакость неожиданно испек в старой сковороде без ручки. Земля между сосен была еще сырая и липла к обуви, на аллейках «Еца» блестели десятки крохотных прудов, забитых сосновыми иглами и мелким цветочным мусором, но стоило выйти из-под сосновых куполов сюда, на старый стадион – от дождя не осталось и следа. Разве что…
Немо втянула носом воздух и удовлетворенно кивнула. Влага ушла, но усиленные, разбуженные дождем сладковато-пряные ароматы полевых цветов, приправленные холодными нотками сосновой смолы, все еще наполняли воздух.
Они заняли любимое местечко в самом сердце Беседки на еще не жарком солнце. Остальные пока спали. Даже Лис, хотя его мама уже уверенно смотрела с небосвода на землю. Может, оно было и к лучшему. Беседка – не то место, куда надо ходить толпой.
Кофе снова пах сосновыми иглами, хотя в этот раз Немо закрывала чашку ладонью, когда несла ее сюда. Вокруг раскинулся целый цветочный город, полный неброской изящной красоты, которую оценит только самый внимательный. Тянулись к небу тонкие, но крепкие башенки цикория, украшенные синими звездами, клонились в разные стороны футуристические фиолетовые многоэтажки шалфея и желтые – коровяка, между ними виднелись целые районы приземистых одноэтажных зеленых домиков, кое-где светящихся белыми и розовыми фонариками, – заросли клевера, и тут и там виднелись зеленые гибкие дождевые трубы, заканчивающиеся розовыми граммофонами вьюнка. Немо почти верила, что здесь живет какой-то маленький народец, невидимый для простого глаза. Вспомнились и книги о Незнайке, и европейский фольклор.
Немо отщипнула кусочек от своего пирога и спрятала под лист клевера. То, что для них крошка, для здешних жителей должно было быть целым пирогом. Пакость наблюдал за ней с равнодушием, попивая свой кофе.
Этого Немо показалось мало. Ей захотелось придать этому местечку еще больше сказочности. Сандалии улетели в траву. Осторожно выбирая место для следующего шага, Немо двинулась вокруг цветочного городка, приминая босыми пятками острые клинки травинок.
– Ты чего делаешь? – лениво спросил Пакость, вытягивая из кармана пачку и пересчитывая сигареты.
– Круг, словно тут ночью танцевали феи, – честно ответила Немо, старательно вытаптывая дорожку.
Пакость только кивнул, полностью удовлетворенный ответом. Он скрестил ноги, уселся удобней и снова пересчитал сигареты. Пустые тарелки стояли перед ним, крошками приманивая муравьев и маленький волшебный народец, который обязательно должен был здесь жить.
– Как думаешь, что первым закончится – у меня сигареты или у тебя книги?
