А ведь он уже всё спланировал, ничего не оставив на волю случая. Результат любого дела всегда зависит от подготовки – от тщательной подготовки. Каждому члену группы было присвоено кодовое имя: Magna, Media, Minor. То есть Старший, Средний, Младший. А всё потому, что вымышленные имена незаменимы. В последние годы он прочёл достаточно детективов, где преступник записывал настоящие имена жертв или сообщников, и следователи вычисляли его именно по этим записям. Но подождите: он ведь не преступник! Он спаситель, целитель, он ключ к разгадке. Те, кто ему не сопротивлялся, обрели счастье, получили всё, чего желали. А чего желают люди? Он, и только он смог ответить на этот вопрос. Осталось лишь добраться до тайной книги рецептов.
Однако торопиться было нельзя. Издали наблюдая за Magna, Media и Minor, он наводил их на ложный след, не вызывая подозрений. Быть может, один из них проболтается. Он посмотрел на своё отражение в маленьком зеркальце для бритья, которое висело над раковиной, – совсем крошечное, осколок, совсем не подходящее для главы компании. Уж не говоря о том, что по рождению он аристократ, сын английского лорда. Если бы его отец хоть на минуту перестал думать только о себе и обратил внимание на сына… Но нет, охота и высшее общество всегда были важнее, вне конкуренции! Вся его семейка – сборище тру́сов, хвастунов и эгоистов. Он провёл рукой по гладкому подбородку и ещё раз взглянул на своё отражение. Спокойствие и терпение! Настанет день – и они сами к нему прибегут!
Без труда убедив дедушку попробовать ещё одну золотистую конфету, они все вместе весело покатили на веломобиле в Туллиморс-Энд, оставив позади сумрачный флигель. Дедушка с воодушевлением напевал «Марш Радецкого» и предлагал Генри повилять в такт по пустынной дороге вдоль песчаных дюн. Сесилия и Винни удобно устроились на заднем сиденье.
– Классные конфетки! Сколько у нас осталось? – уточнила старшая сестра.
– Штук десять, не больше.
– Значит, надо сделать новую партию. Соглашайся не раздумывая!
Они остановились у знакомой булочной. Хоть сэндвичи и значительно разнообразили бабушкино меню, но нельзя же полагаться на её настроение, если золотые леденцы закончатся. На одной каше долго не протянешь. Сесилия вошла с дедушкой в магазинчик, чтобы пополнить запасы чипсов и шоколадных батончиков, а Винни и Генри остались на улице, высматривая парня в больших ботинках и с кошкой. Но никто так и не появился. Мимо прошла только очень худая женщина с длинным носом и шапкой высоко взбитых кудрей. Она с силой распахнула дверь в булочную, жалобно звякнув колокольчиком.
«Где же я её видела?» – задумалась Винни и почти сразу вспомнила фотографию, на которой видела это лицо.
– Генри, да ведь это жена пекаря, которая бросила беднягу Овейна из-за его смеха! – воскликнула Винни и спрыгнула с веломобиля на тротуар.
– Да, он смеётся как умирающий морской котик, – вспомнил Генри.
– Точно! Судя по всему, эта дама – наш идеальный подопытный кролик! Сиди здесь и позови меня, если увидишь кошку! А я поговорю с Сесилией.
В булочной стояла мёртвая тишина. Овейн глыбой льда застыл за прилавком, протягивая руку к Сесилии, видимо давая сдачу, да так и замер. Перед ним стояла жена, обвиняюще указывая на него пальцем и дрожа от гнева.
– Здравствуй, Магда! Рад тебя видеть! – Дедушка попытался отвлечь гостью.
