Пожалуй, не только у меня сложилось мнение, что она решила ограничиться для широкой публики лишь этими краткими сведениями о своей особе, но по истечению небольшой паузы мы услышали продолжение. Признаться даже для меня, познакомившегося с ней в подземной тюрьме угрюмцев и полагавшего что ничего особо нового теперь не услышу, оно явилось полным откровением. Вернее сказать его начальная, маленькая часть.
— Я из рода Йар, дочь боевого мага Майтара Огненного Дракона и… И не важно кого, — отрывисто произнесла она, не скрывая вызова.
— Что-о? В тебе течёт кровь Джардана Йара, погубившего Древний Мир? — от неожиданности у меня полезли глаза на лоб. — Не может быть!
— Князь Дэниэл! Выказанное тобой недоверие довольно оскорбительно, — криво усмехнувшись, заявила Хельга. — Впрочем, его, наверное, можно и понять. Поэтому я не буду заострять на нём внимание. Но впредь поостерегись относиться к моим словам подобным образом.
— Да, конечно, госпожа Хельга, — в растерянности пробормотал я. — И будь уверена, это не повторится.
— Честно говоря, госпожа, ты и меня удивила, — сознался эльф, глядя на чародейку со смешанным выражением настороженности и любопытства. — Я, видишь ли, не предполагал, что в нашем Новом Мире ещё живут представители вашего, э-з-з, известного рода, — сказав сие, он вдруг смешался, а затем, тщательно прокашлявшись, пояснил: — Это я в том смысле, что первые сведения о нём имеются в Исторических Хрониках датируемых задолго до начала славной Эпохи Свершений.
Дриада в отличие от нас с эльфом внешне никак не отреагировала на откровение, услышанное от чародейки. Но кто знает, такой ли уж она была безучастной и в душе?
Гном тоже сначала вроде бы пропустил его мимо ушей, но, сделав третий глоток и передав флягу Рэймфору, который первый подошёл к столу, он вдруг с важностью изрёк:
— А я давным-давно знаю кто в предках у госпожи. Да и как иначе? Ведь её отец дружит с моим отцом вот уже много лет.
— С юности, — почему-то с мрачным видом уточнила Хельга. Потом она взяла поданное ей эльфом вино, хлебнула и, не глядя, сунула его в руки Талиналь.
— А почему он не с тобой? — внезапно заинтересовался принц. — Неужто у него нашлось дело поважней, чем спасение из плена престолонаследника царства Золотой Горы?
— Он… Ему… — голос чародейки предательски дрогнул. — Отрубили голову по приказу Айлена Ласкового, властелина королевства Мадгур.
— Искренне сожалею, — едва отпив, тихо пробормотала Талиналь, вручая флягу мне.
Зная, что проявление жалости оскорбляет сильные личности, я вместо соболезнования спросил, предварительно приложившись к вручённому дриадой сосуду:
— В чём его обвинили?
— Участие в заговоре против короля Айлена, — Хельга попыталась ответить другим, более жёстким тоном, но вышло не слишком убедительно.
— А он в нём действительно участвовал? — проявил любопытство и эльф, так же как и я, припрятав показное сочувствие подальше.
— Какая теперь разница? — с горечью произнесла чародейка. — Да и зачем это кому-либо знать?
— И то верно, — поддержал её Гвейлин. — Не наше это дело. Не наше! Давайте лучше вспомним о волшебном нектаре, задержавшемся в руке любезного князя.
А ты, принц, куда-то спешишь? — хмыкнув, спросил я и ещё раз заглянул во флягу, содержимое которой было действительно превосходно. Затем она отправилась по второму кругу.
— Ну не то что бы, — проворчал в ответ гном, заинтересованно наблюдая за её путём, — но уж больно горло у меня пересохло.
— Это после ведра воды? — с вымученной улыбкой изумилась Хельга.
— Вина я могу выпить ещё столько же, госпожа, — нетерпеливо потирая ладони, хвастливо заявил гном. — И… И даже намного больше.
Чародейка в ответ рассмеялась, но как-то безжизненно и печально.
