Прижавшись спиной к стене, я восстанавливала дыхание, рассматривала «жука» и прикидывала, к чему готовиться дальше. По большому счету, погрузчику на жилом этаже делать нечего, а Улянь ему не только не удивился, но и даже обрадовался. По крайней мере, мне показалось, что услышала его облегчённый вздох. Значит, появление «жука» — тоже дело рук каха. Но почему он оставил меня так далеко? До погрузчика отсюда ещё добрая сотня шагов, если не больше. Я…
Праздные мысли сгинули, едва последняя дверь растворилась, и скат с молниеносной скоростью нырнул внутрь. Дым заполнил комнату полностью, до самого потолка, и сейчас, будто живой, медленно вытекал в коридор. У меня от страха за друга всё внутри сжалось. Ноги сами понесли вперёд, но, едва сделав пару шагов, я до крови закусила губу и вернулась на прежнее место. Улянь всегда знает, что делает. Я не имею права мешать ему, как бы ни хотелось помочь.
Несколько секунд грохота, и глаза уловили движение у погрузчика. Сейчас видимой была лишь самая верхняя часть «жука» да несколько вскинутых лап-хватов. Я ничего толком не разобрала, а три из них уже опустились в дым. Улянь снова нырнул в комнату. Несколько гулких ударов моего испуганного сердца, и он появился снова, а лапы погрузчика пришли в движение.
— Иди сюда, — крикнул желейка, махнув рукой.
Я и не заметила, когда он снова обернулся! Впрочем, поражаться своей невнимательности было некогда, и я пошла на зов. Пошла, потому что бежать, не видя пола, сейчас было бы совсем глупо. Споткнусь ещё, и старания каха насмарку. В смысле, тючок выроню и всё — тю-тю!
Когда Улянь забрал у меня свёрток, я уже набрала воздуха в грудь, чтобы облегчённо выдохнуть, но взгляд упал на погрузчик. Вздох облегчения застрял в глотке на полпути к свободе.
Желейка скрылся в комнате, а я стояла и смотрела на двух бессознательных лорри, буквально оплетённых механическими лапами «жука». В силу происхождения и воспитания, мне в общем-то глубоко плевать на внешность и расу, но это… Начать с того, что я под страхом смертной казни даже приблизительно не сказала бы, кто это. Ни одного предположения! Вроде бы количество и расположение конечностей характерно для гуманоидов, но…
Я таки выдохнула и, нервно облизнув губы, осторожно прикоснулась к ближайшему пленнику. Пальцы ощутили упругое сопротивление непонятной дымки, окутывающей тела пленников непрозрачным коконом. На вид она казалась чем-то вроде жидкого тумана, постоянно меняющего цвет. А ещё она непрестанно двигалась, перетекала сама в себя, создавая на поверхности тел завихрения, волны, бугры и цветовые воронки. Ни глаз, ни рта, ни…
Неожиданно существо дёрнулось.
Я отшатнулась. Вот надо было мне его щупать! И Уляня как назло сейчас отвлекать никак нельзя.
Пленник рванулся раз, другой, третий… Раздался негромкий треск, и меня мгновенно бросило в жар. Непонятно почему кожа покрылась мурашками, а коленки подогнулись от совершенно иррационального страха.
Даже не так. Накатившее болезненно-пугающее чувство, заставляющее тело цепенеть в горячечном предчувствии чего-то неотвратимого, страхом не было. Сидя на полу по горло в дыму, не в состоянии шевельнуться, я заворожённо смотрела как поддаются, ломаясь, механические лапы. Как во сне, когда видишь приближающееся цунами, смерч или волну огня. Точно знаешь, что это твоя смерть, но не пытаешься убежать или спрятаться просто потому, что шансов спастись нет от слова «абсолютно». И совсем не страх тебя держит на месте — безысходность.
Сознание отступило во тьму, время замедлилось и растянулось. Секунда, которая понадобилась жуткому лорри, чтобы освободиться, показалась мне вечностью. Вечностью, проведённой мной без единого движения, удара сердца или хотя бы внятной мысли. Бесконечно растянутый миг, и пленник на свободе! Глазом моргнуть не успела, а он повалил меня навзничь, продемонстрировав, что его конечности всё-таки руки, а не клешни или щупальца.
Я оцепенела, ощущая прикосновения сильных пальцев на своём безвольном теле. Мышцы словно парализовало, но в то же время каждая клеточка буквально стонала от напряжения. Нас окружал густой едкий дым, но это не волновало ни лорри, ни меня саму. Пространство звенело, пело на низкой ноте, волнами прокатываясь по коже, проникая до самого нутра…
Из последних сил я попыталась крикнуть, но моё «нет» утонуло в ладони мужчины. Что нападающий именно мужчина, я уже не сомневалась. Через секунду руку, зажимающую мой рот, сменили твёрдые горячие губы. Упругий туман, окутывающий голову и тело бывшего пленника, а ныне пленителя, то ли раздвинулся, то ли впитался в кожу. Я не понимала, не видела. Остатки отчаянного сопротивления смело яростной атакой даже не самого лорри, а его мощной ауры подчинения и страсти.
Он хрипло стонал, стискивая пальцами мои бёдра, всем весом придавливая к полу, и я к собственному ужасу разобрала в этом стоне «моя».
— Не отпущу, — невнятно выдохнул мужчина прямо в губы. Его голоса не услышала, но буквально телом ощутила смысл сказанного. — Моя тори…
