Сборник малой готической прозы, в который вошли тринадцать завораживающих рассказов в лучших традициях сестер Бронте, Брэма Стокера и Дианы Сеттерфилд.Когда бушует непогода, в окна стучат черные ветки деревьев, похожие на крючковатые пальцы ведьмы, а комнату вдруг озаряет внезапная вспышка молнии, нет ничего лучше, чем уютно устроиться в кресле и самозабвенно читать готические истории.
Авторы:
Лилия Белая, Андрей Вдовин, Мария Карапетян, Вероника Касьянова, Елена Лакруа, Евгения Левицки, Сергей Мельников, Дмитрий Морфеев, Лариса Петровичева, Мария Роше, Лина Славянова, Александра Фартушная, Рона Цоллерн
Страшные истории для бессонной ночи / Лилия Белая, Андрей Вдовин, Мария Карапетян, Вероника Касьянова [и др.]; сост. Мария Карапетян. — Москва: МИФ, 2025. — (Архив коротких историй).
ISBN 978-5-00250-557-9
© Белая Л., Вдовин А., Карапетян М., Касьянова В., Лакруа Е., Левицки Е., Мельников С., Морфеев Д., Петровичева Л., Роше М., Славянова Л., Фартушная А., Цоллерн Р., 2025
© Оформление. ООО «МИФ», 2025
Тридцатого октября 1928 года я покинул Нью-Йорк и, навсегда оставив позади привычную жизнь, отправился в Касл-Комб, городок моего детства в Новой Англии.
Ревущие двадцатые обрушились в пропасть со стоном умирающего зверя. Уже были бедолаги, которые пустили себе пулю в лоб, не в силах перенести крушение биржи. Находились и те, кто наивно уверял себя в том, что все еще как-то утрясется. Я, по счастью, не принадлежал ни к первым, ни ко вторым. Работа журналистом криминальной хроники приучила меня остро мыслить, анализировать и понимать: это не просто крах биржи, это крах всего привычного мира — и лучше пересидеть его где-то в тишине.
Касл-Комб как раз и был таким тихим местом, в котором можно укрыться от жизненных бурь. У меня имелись кое-какие сбережения, а самое главное — был старый дом, в котором прошло детство. Сейчас он казался мне надежным укрытием от любого финансового шторма.
В былые времена осенние пейзажи Новой Англии завораживали меня. В них виделось что-то вдохновляющее и таинственное. Но теперь, когда автомобиль миновал развилку дорог у Эйнбро, в картинах окружающей природы была только тоска. Судя по зарослям бурьяна и дикого шиповника, земля здесь не возделывалась много лет. Изредка встречались жалкие лачуги и убогие огороды — после огней и небоскребов Нью-Йорка они казались особенно тоскливыми. Обитатели хижин провожали мой автомобиль весьма неприязненными взглядами, словно советовали чужаку проваливать и не останавливаться.
Чем дольше я ехал, тем явственнее становилось чувство прикосновения к чему-то непонятному. Мир, к которому я привык, остался где-то очень далеко. Не был ли он мифом или сном? Казалось, я пробудился от грез. Кредиты и мафия, сухой закон и танцы в клубе «Коттон», бутлегеры и перестрелки, электричество и радио, джаз и кинематограф будто превратились во что-то ненастоящее, выдумку или мечту. А реальностью были осень, облетающие клены, пыльные дороги, полуразрушенные каменные ограды, заболоченные луга в низинах и густые леса.
Когда-то все это было моей сказочной страной. Когда-то. Автомобиль переехал старый каменный мост через тонкую ленту речушки, погрузился в лес, вынырнул из него, и я увидел знакомые крыши Касл-Комба, залитые тихим светом вечернего солнца. С первого взгляда было ясно, что городок переживает не лучшие времена, но он был таким и в пору моего детства, и, как я подозревал, задолго до этого. Есть места, наполненные тленом и унынием, и лучше к ним не приближаться: каждое надежно хранит свою тайну.
Тайной Касл-Комба был мой дядя Альберт Финниган. Двадцать лет назад мы с родителями и дядей жили в доме на Эшбери-стрит, который построили наши далекие предки. Темная громадина в георгианском стиле давно обветшала, и ее угрюмый вид как нельзя лучше соответствовал тому, что говорили об Альберте Финнигане.
В Касл-Комбе его считали колдуном. Вряд ли нашелся бы человек, который рассказал о моем дяде хоть что-то хорошее. Болтали, будто в День Всех Святых и Вальпургиеву ночь он приносит жертвы дьяволу в лесах за городом. Утверждали, что он может вызывать сильный ветер, ломающий самые старые деревья, — и бури, частые по осени в этих краях, тоже его рук дело. Говорили, что библиотека в доме полна старинных преданий и книг по черной магии и что непосвященный умрет от ужаса, едва прочтя строчку. В моих детских воспоминаниях дяде Альберту льстил всеобщий трепетный страх, и по улицам городка он гулял так, словно был истинным королем этих мест.
