Он просто не мог не уколоть ее. Все же не каждый день женщина безнаказанно заставляет его идти на уступки. Не дав возразить, подхватил на руки.
— Если ты привержена традициям, переместимся в спальню.
— Богдан…
— Ты говорила, что хочешь целовать меня, — игнорируя ее смущение, сказал с намеком и направился в комнату. Не свою. К ней. Достаточно уступок на сегодня. — Предупреждаю заранее — я предпочитаю быть сверху.
Дальше было все, как хотела она, но от чего отвык он. И пусть Богдан брал ее в наказание жестко и яростно, Алекс отвечала поцелуями и объятиями, отдаваясь без остатка. На нее было невозможно долго сердиться. После, когда она, утомленная, пригрелась на его груди, Богдан вдруг понял, что последняя девушка, с которой он так лежал, была Лиля.
«Это нужно для пользы дела», — сказал себе. Ведь когда-то давно поклялся, что больше ни одна дочерь Евы не проберется к нему в душу.
Звонок мобильного стал поводом отстраниться. Выпустив Алекс из объятий, дотянулся до брюк, что валялись на полу. Номер был незнаком.
— Слушаю.
— Вы просили позвонить, если что-то случится, — ответил приятный женский голос. — Лебедева Аделаида Стефановна скончалась, не приходя в сознание.
Богдан сообразил, что говорит медсестра из больницы.
— Благодарю за звонок, — сказал он и сбросил вызов. Их люди дежурят в больнице, и подробности он узнает позже. Взглянув на сонную Алекс, решил сообщить ей утром.
— Что-то важное?
— Завтра. Спи.
Вопреки первоначальному намерению уйти, когда она уснет, Богдан лег и притянул ее к себе.
Если платок существует и нападавшие его не нашли, Алекс может стать следующей жертвой. Нужно подумать, как быть дальше, а не успокаивать плачущую девушку. Ей ведь тоже должны позвонить и сообщить о смерти.
— Где твой телефон? — поинтересовался как бы невзначай.
— Внизу остался, — пробормотала Саша. — А что?
— Ничего. Спи.
Богдан вспомнил, что сотовый остался лежать на столе в столовой. Алекс показывала ему фотографию бабушки и ее браслет. Из спальни звонки они не услышат.
Когда закрыл глаза, в памяти всплыл один момент: когда случайно взял за руку Кристину, на ней тоже был браслет. Скорее всего, совпадение, женщины любят побрякушки, но следует проверить.
На столе росла кучка разнообразных лотков из ресторанов с остатками еды, а я с трудом боролась с приступом смеха. Кирилл, предложив перекусить, совсем не рассчитывал, что есть будет нечего. После моей инспекции большая часть еды оказалась забракована из-за просрочки и была выброшена в мусор.
— Может, суши закажем? — предложил Кир, погружаясь в недра холодильника. — Или… хочешь суп с фрикадельками?
На столе возникла кастрюля.
— Твоя Белоснежка умеет готовить?! — изумилась я.
— Она — нет. Суп я готовил.
После такого заявления я с сомнением заглянула под крышку, но все выглядело на удивление аппетитно.
— Сам?!
— Мама имеет привычку неожиданно нагрянуть, и если не обнаруживает в холодильнике первого, почему-то делает вывод, что я голодаю.
— Так это реквизит или съедобно?
— Давай сюда, — потянулся за кастрюлей Кирилл.
— Буду суп! — решилась я.
— Как, даже не спросишь, умею ли я готовить? — язвительно поинтересовался одноклассник.
— Сейчас и проверим. — Я встала, поставила кастрюлю на плиту и зажгла газ. — Салат есть из чего приготовить?
— Кристина, не нужно жертв. Можем заказать еду из ресторана.
— Знаешь, я на нее уже насмотрелась и что-то не хочу, — хмыкнула в ответ. — Нужно было ко мне идти. Мне перед отъездом мама столько наготовила, что одной и за неделю не съесть.
— Тебе лучше сегодня остаться у меня.
Я бросила на Кира удивленный взгляд. Мы собирались вместе изучить дневник, а вот о ночевке речи не было.
— Готов поспорить, что твой кавалер заявится проверить, приняла ли ты его букет. Конечно, если ты желаешь с ним встречаться… — прозвучало с неодобрением. — Только помни, что дома у тебя никого нет и защитить при необходимости будет некому.
В словах был резон, а букет у двери указывал на то, что Кристофу известен мой адрес.
— Предлагаешь мне прятаться?!
— Не прятаться, а проявить осторожность.
— Кир, да мне даже переодеться не во что, а завтра в институт.
— Так и быть, поделюсь с тобой своей футболкой, а за конспектами утром домой зайдешь, — сказал как уже о решенном Кир и повернулся к холодильнику, доставая листья салата, огурец и помидоры.
Я тоже отвернулась. Взяв ложку, помешала суп, не зная, как быть. Встречаться и выяснять отношения с Кристофом не хотелось, но ночевать у Кирилла…
— Ты мне должна массаж, но ладно уж, сегодня не буду требовать долг, — великодушно произнес одноклассник, складывая овощи в мойку.
— Это когда же я успела тебе задолжать?! — возмутилась до глубины души наглостью некоторых.
— Мы когда прыгали, я себе плечо потянул. Тебя ловил, а ты не пушинка…
— Ольховский, у тебя несчастные случаи на кухне были? — угрожающе сузила глаза я, прерывая перечисления и вспоминая, есть ли у него в ящике скалка. А то дождется у меня.
— Вот не надо сверкать глазами! Мне полагается небольшая компенсация.
