— Расслабься, — тихо рявкнул Богдан, у которого заболела от всего этого голова, — все, никто ей уже ничего не сделает. Ее выкинули из семьи.
Берт с нескрываемой злостью глянул на нового родственничка, возмущенный его крепкой хваткой.
— Знаю, — кивнул Богдан, — мы набьем друг другу морды. Но позже. Выходи уже.
Стоило захлопнуться за ними двери, как полицейский высвободился из захвата и ударил Богдана. Ожидавший этого Ковальский с легкостью уклонился.
— Я сказал — позже! — веско произнес Богдан.
— Чего застыли? Свободны! — бросил Хан вышедшим с ними охранникам.
— Считаешь, что мы еще встретимся? — процедил Берт, глядя в спину удалявшимся громилам, которые беспрекословно послушались лишь после того, как дождались утвердительного кивка от Богдана.
— Куда ты денешься. Я собираюсь часто навещать сестру, и твое мнение меня не интересует.
— С чего это вдруг? Ты же при всех от нее отказался, — со злостью поинтересовался Берт, у которого все близкие родственники жены своим снобизмом стали вызывать тошноту.
— Так было надо для ее же безопасности. Представь себе, меня ее благополучие и счастье тоже заботят, иначе твой хладный труп давно бы уже плавал в реке, — невозмутимо ответил Богдан.
— Не боишься говорить это полицейскому? — прищурился Берт.
— Так практически бывшему, — поддел Богдан, но потом совсем другим тоном сказал: — Я тебе сестру доверил, а это уже о многом говорит. Хотя… если обидишь ее словом или делом — придется поплавать.
— Сильнее, чем обидели ее вы, у меня за всю жизнь не получится.
— Отец знает, что делает. Тебе некоторые вещи не понять.
— Богдан, не стоит обсуждать это в коридоре. Камеры… — с намеком произнес Хан, который не вмешивался в их разговор. — Пожалуй, я прогуляюсь.
— Не стоит, — произнес Берт. — Там мои люди.
Видя удивление в их глазах, хмыкнул:
— Не думали же вы, что я приведу сюда Ирен и оставлю без наблюдения ваши передвижения?
— Неужели показал значок? — вздернул бровь Богдан.
— Сделал звонок… тетушке. Этот отель принадлежит ей.
— А он мне нравится! — усмехнулся Хан.
— Собираешься увести его у моей сестры?
— Почему бы нет. Он же у меня ее увел.
— Хан, мне кажется, у тебя слишком ровные зубы.
— Завидуй молча! — продолжал зубоскалить тот.
Постепенно напряженная атмосфера рассеивалась. Берт не спешил делать выводы, понимая, что не все так однозначно. Телефонный звонок заставил его выругаться.
— Да, мам… Подъезжаете? Ждем.
Богдан с Ханом переглянулись.
— Насколько понимаю, тебя им представлять не стоит? — закончив разговор, поинтересовался Берт у Богдана.
— Мне лучше появиться на семейном ужине не в таком людном месте.
Было видно, что такой ответ офицера Рейна не удовлетворил, но появление притихшей Ирен отмело все вопросы.
— Как ты? — спросили они с Богданом практически в унисон.
— Жить буду.
— Долго и счастливо. Я тебе обещаю, — обнял ее Берт, и она прильнула к мужу, ища опору.
— Богдан, мне нужно с тобой поговорить, — произнес Хан. — Ирен, я его собираюсь похитить. Надолго не прощаемся, принцесса, — подмигнул ей.
До дома Кирилла я добралась бегом. Хотела и вместо лифта по лестнице подняться, но вовремя одумалась. Открывший дверь Ольховский сразу понял, что со мной не все в порядке.
— Что случилось? Да на тебе лица нет! — с беспокойством воскликнул он.
Вообще-то не лица, а лифчика. От этой мысли стало неестественно смешно, и я не стала сдерживаться, разразившись каким-то каркающим смехом. Если честно, это был смех сквозь слезы, только плакала я в это время внутри. После пережитого стресса меня стало потряхивать.
Ужас, чуть не изнасиловали в собственном доме!
— Да что с тобой?! — развернул меня к себе Кир, и я прильнула к нему, обняв за талию.
— С Кристофом встретилась. Еле ноги унесла, — пробубнила я, уткнувшись в теплую грудь.
— Опять тебя дома ждал? — начал закипать Ольховский. Не присущий ему в голосе металл заставил меня одуматься и взять себя в руки. Еще не хватало, чтобы побежал ко мне и устроил разборки.
— В гости пришел.
— Да ты вся дрожишь!
— Не откажусь от кофе… с коньяком, — ответила я, нехотя от него отстраняясь. Мне определенно нужно было расслабиться и привести нервы в порядок.
— Что он сделал?
Кир не двинулся с места и удержал меня, когда я хотела пройти мимо на кухню.
Перед глазами тут же пронеслись картины поцелуев и как пришлось терпеть, когда меня лапали. Интуитивно понимала, что об этом лучше молчать. Не потому, что Ольховский не так поймет или в чем-то обвинит. Просто тогда столкновение между ними двумя станет неизбежно, а мне на сегодня хватило выяснений отношений.
— Думаю, за мной следят. Кристоф откуда-то узнал, что я не ночевала дома, и о моем визите в отель ему тоже известно.
— Теперь ты убедилась, что они из Ордена? Я больше и на шаг тебя одну не отпущу!
Меня сжали в объятиях, но я была совсем не против.
