— Посмотри на меня, — тихо произнес он, и я подняла взгляд. — Нужно узнать, где они и чего от тебя хотят. Мы вытащим ее, помни об этом. Заставь его говорить и не паникуй, нужно разговаривать спокойно, без оскорблений. Потом с ним разберемся.
Я кивнула и сделала несколько глубоких вдохов, успокаивая дыхание. Мне очень хотелось знать: действует Кристоф один или с одобрения Богдана. Не был ли отъезд Ковальского обусловлен тем, чтобы снять с себя подозрения, если что случится с Сашей?
Немного взяв себя в руки, я позвонила Кристофу.
— Кристина… — протянул он, ответив сразу же.
— Алекс у тебя? — с места в карьер спросила у него, чем заслужила предупреждающий взгляд от Кирилла.
— Это все, что тебя интересует? Не хочешь для начала извиниться за свой поспешный уход?
— Нет, не хочу. Ты меня напугал.
— Ты не выглядела испуганной, когда отвечала на мои поцелуи.
Черт! Черт! Черт! Я старалась не смотреть на Кирилла.
— Просто поняла, что, если не отвечу, окажусь изнасилованной.
— Я опять тебя напугал?
— Да, — не стала отрицать, стараясь говорить спокойно, как будто разговаривая с психом. Кто знает, что у него в голове. — И продолжаешь пугать. Что с Алекс?
— С ней все в порядке. Она ждет тебя.
— Где вы?
— За городом, в гостях у Богдана. Приезжай.
Все бы хорошо, вот только я знала, что Богдана уже нет в стране!
— И, Кристина, захвати с собой то, что взяла у Лебедевых, — как бы между прочим добавил Кристоф.
— О чем ты?
— Не играй со мной, — а вот теперь в голосе отчетливо прозвучало предупреждение. — Второй раз я тебе этого не позволю. Давай решим все по-хорошему. Согласна?
— Да.
— Тогда приезжай.
— Нет.
Пауза.
Кирилл взглядом спрашивал у меня, что я творю, но тут отмер Кристоф.
— Тебе не дорога подруга? — вкрадчиво поинтересовался он.
— Дорога. Но я тебя боюсь и туда не поеду. Давай встретимся в городе.
— Хочешь привлечь полицию? Не советую. Алекс приехала сама, меня не в чем обвинить. А вот ты украла у нее ценную вещь.
— Я не крала.
— Хорошо, пусть тебе ее отдали, но ты и слова не сказала об этом своей подруге. Я прав? Подтвердить твои слова уже некому, и ты ничем не докажешь, что не самовольно присвоила. Привези по-хорошему платок и не наживай себе проблем. Ты не понимаешь, во что влезла.
— Сначала я хочу услышать Алекс и убедиться, что с ней все в порядке.
— Алекс! — позвал Кристоф. — Кристина передает тебе привет.
— Она приедет? — донесся до меня издалека голос подруги, в котором не было и капли напряжения.
— Уговариваю, — усмехнулся испанец.
— Как ты ее выманил? — спросила я.
— Всего лишь сказал, что у Богдана день рождения, и предложил устроить сюрприз, — понизив голос, признался Морено.
Устало прикрыв глаза, я выругалась про себя. Да, это могло сработать. Теперь понятно, почему она так резко сорвалась с дачи.
— Где встречаемся?
На мгновение я задумалась. Ну не возле же дома обмен устраивать! В то же время куда-то далеко ехать не хотелось.
— В парке «Кузьминки» через два часа. На парковке. Алекс знает дорогу, — решила я, прикинув время, чтобы им добраться. Думаю, люди там будут, выходной все же.
— Как скажешь. И без глупостей!
Я сбросила вызов и устало откинулась на сиденье. Мысли крутились вокруг предстоящей встречи, но когда посмотрела на Кирилла, мрачно сверлящего меня взглядом, захотелось втянуть голову в плечи.
— Почему ты умолчала о том, что он тебя чуть не изнасиловал?
Стало совестно. Хорошо еще, что про поцелуи с испанцем не спросил.
— Ничего же плохого не случилось. И что бы это изменило? Ты бы побежал ему морду бить и засветил себя. А так он не знает о твоем существовании и уверен, что я приеду одна.
— Ты хоть понимаешь, что о таком нельзя молчать? — разозлился Кирилл.
— Мне было противно об этом вспоминать. Сама виновата! Нужно в глазок смотреть, а я думала, ты за мной пришел, и не глядя открыла.
— И это после того, как на бабушку Лебедевой напали, а вокруг вас крутятся все эти?
Я пристыженно опустила взгляд. Он был совершенно прав, и крыть мне было нечем.
— Почему ты сразу не сказала, что уже встречаешься и ему нечего ловить? — допытывался Ольховский требовательным тоном.
Из меня вырвался смешок со всхлипом:
— В том-то и дело, что сказала! Он решил, что с ним мне будет еще лучше, и полез доказывать. Кирилл, ты злишься?
— На себя, что не смог тебя защитить, — нехотя признался он. — Серебрянская, ты не обижайся, но одну я тебя теперь даже в магазин за хлебом не отпущу! Отдаем платок, и сидишь тихо и не высовываешься, — поставил он в известность, выруливая со стоянки.
Не стала спорить, сейчас не до этого.
А вот с возвращением платка возникли проблемы. Если бы нужно было отдать его сразу, не колебалась бы, а так время до встречи было, и меня терзали сомнения. Чем больше думала об этом, тем сильнее бесилась. Когда приехали к Кириллу, начала метаться из угла в угол, как тигрица в клетке, понимая, что не хочу идти на поводу у шантажиста. И ведь все обставил так, что ничего не докажешь и предъявить ему нечего! Хотя…
— Фиг ему, а не платок! — заявила я Кириллу.
— Что ты задумала?
