– Кир, мы же только встречаться начали…
Несмотря на предполагаемую реакцию родных, мысль о том, чтобы жить с ним, показалась привлекательной. У Ольховского я чувствовала себя как дома: уютно, комфортно. В самом деле, приедут родители, и с ночевкой уже так просто не останешься. А я уже привыкла засыпать в кольце его рук, как будто делала это всегда.
– Серебрянская, а чего тянуть? Или ты хочешь всех этих предварительных ухаживаний, с походами в ресторан, посещениями театров, концертов и выставок?
– И что плохого в культурной программе? Я бы с тобой еще под луной погуляла, – мечтательно добавила я.
– Культурной? Ты меня дачу взламывать потащила! Можем повторить на бис под луной. Мы же еще ключи на место не вернули.
– Тьфу на тебя! – обиделась я.
– Так как тебе мое предложение? Или начнем с ресторанов? – настойчиво допытывался Кирилл.
Испытующим взглядом посмотрела на него. Тиран, как пить дать тиран, но… мой. Уютные вечера с ним дома не променяю ни на какие рестораны.
– Ты лучше готовишь, – усмехнулась над собой, понимая, что пропала.
– Это «да»?
– С родителями будешь объясняться сам, – ткнула в него пальцем. – А то они у меня из отпуска приедут, и им после таких известий реабилитация понадобится. Уезжали – я ни с кем не встречалась, а приехали – уже с парнем живу.
– Когда они возвращаются?
– Они только в эти выходные уехали на две недели, так что пока готовь речь.
– Без проблем! – Сияющий Кирилл выглядел как кот, налакавшийся сливок. – А сегодня после лекций съездим за твоими вещами.
Вопрос переезда решился быстро. Все возможные протесты с моей стороны прервал телефонный звонок. Звонила Сашка с вопросом, смогу ли я отвезти ее родителей сегодня в Малаховку за машиной. Она у них на даче в гараже стоит. Отец Саши ей ключи не доверяет после того, как она ему крыло помяла, вот и пылится там без движения. Договорившись, через сколько встречаемся, повесила трубку.
– Прогулка под луной отменяется. Сегодня с Сашиными родителями на дачу едем, как раз ключи незаметно на место верну, – сообщила я.
– Но потом собираешь вещи и ко мне.
Кирилл слышал разговор, и вопросов не возникло.
– Есть, шеф! – отсалютовала ему чашкой. Сделав последний глоток, встала. – Я побежала.
Тут мне пришла в голову одна мысль:
– Кир, дай платок. Проверю его воздействие в институте.
– С ума сошла? А если Лебедева увидит браслет?
– Я без браслета его вокруг руки намотаю.
– Нет, слишком опасно. Могут увидеть.
– Да ладно тебе! Тогда в лифчик засуну. Там его точно никто не увидит, кроме тебя, – игриво подмигнула я. Идея взять с собой платок нравилась все больше и больше. – Обещаю, вечером собственноручно вернешь его на место.
Уговаривая, я приблизилась к нему и была схвачена и усажена на мужские колени.
– Ты из меня веревки вьешь, – сообщил он. При этом его рука шаловливо накрыла мою грудь и сжала.
– Ты что творишь? – притворно возмутилась я в ответ.
– Проверяю место дислокации платка.
– Ки-и-ир! – Я рассмеялась и поцеловала его. – Я опоздаю. Идем, выдашь мне оружие массового воздействия, и я побежала.
– Я провожу. С такой ценной вещью тебе нужна охрана.
Живо вспомнилось, как он меня в последний раз провожал… и наш поцелуй на площадке.
– Ага, а потом долгие прощания, ты еще решишь, что никуда не хочешь меня отпускать, мне не захочется никуда идти, и, как следствие, очередной прогул в институте. И будет у тебя девушка неуч! Превращусь в глупую блонд…
Мне заткнули рот поцелуем.
Два дня пролетели как сон. Я переехала к Кириллу и постепенно обживалась. Приходилось делать над собой усилие, чтобы не выглядеть слишком счастливой, а то Сашка на меня уже подозрительно косилась и ненавязчиво интересовалась, как у меня дела с Кристофом. На самом деле испанец мне продыху не давал, звоня или присылая СМС не реже Ольховского, но мне удавалось держать его на расстоянии, ссылаясь на занятость в институте и учеников. Оттягивала решающий разговор с ним до того момента, как скажу все подруге. Она мне не простит, если Морено узнает об этом первый.
Я пока так и не решилась рассказать Сашке о нас с Кириллом, ждала подходящего момента. О моем переезде к нему она тем более не знала. В то же время подспудно я не хотела, чтобы ее ворчание замутнило безоблачное счастье. Ведь отзовись она об Ольховском плохо – и мы точно поругаемся.
К счастью, подруге было не до меня. Контроль родителей и невозможность поехать к Богдану занимали все ее мысли. Вот и сегодня я зашла к ней в гости после института и выслушала жалобы о том, что в выходные придется ехать на дачу в Малаховку. Мать была непреклонна, сказав, что раз Саша устроила скандал из-за бабушкиных вещей дома, то пусть помогает с их разбором на даче. Я же, слушая это, прятала улыбку от мысли, что мы проведем с Кириллом наши первые совместные выходные, и не нужно будет врать подруге, почему я не дома, а то за эти дни прецеденты уже были.
– Крис, может, ты с нами поедешь? – нарушил мои радужные планы вопрос Саши. Вот как почувствовала!
От необходимости отвечать избавил звонок на домашний телефон.
– Да. Узнала, Вера Игнатьевна… Спасибо…
