Несколько дней она со стонами металась по постели, Андре за ней ухаживал. Бред то охватывал ее, то отпускал. В один из периодов бреда ее перенесли наверх, в спальню.
Однажды во время просветления Ханна увидела в комнате Бесс, менявшую ей ночную рубашку.
– Бесс, – сказала она, – тебе сюда нельзя! Ты от меня оспой заразишься.
– Тише, дорогая. Тебе нужно беречь силы.
– Но ты… – Ханна умолкла и дала Бесс закончить. Затем, когда повариха собралась уходить, она приподняла голову и спросила: – Мишель… с ней все нормально?
– С ребенком все хорошо, дорогая. Давай побыстрее поправляйся, чтобы она снова увидела маму.
Как-то Ханне приснился Майкл, он наклонился над ней, его лицо было грустным и мрачным. Что странно, в этот раз она не увидела в нем никакого осуждения.
Дважды Ханна смутно понимала, что рядом сидит доктор Бойлстон. Он дал ей столовую ложку отвратительной на вкус микстуры. Разозлившись на него за то, что он ее обманул, она выплюнула снадобье. Затем Андре крепко прижал Ханну к кровати, ей силком открыли рот и пришлось проглотить жуткое лекарство.
И вот однажды она проснулась с ясной головой. Она ослабела, да так, что едва могла пошевелиться. Она поглядела вниз и увидела, как ужасно исхудала за время болезни. Начала было ощупывать лицо, но рука бессильно упала. Ханна испугалась того, что могла нащупать. Она равнодушно повернула голову к окну. Комнату освещало яркое солнце.
Она услышала, как открылась дверь. Ханна слишком обессилела, чтобы поднять голову, и лежала неподвижно.
Через мгновение над ней наклонился Андре.
– Ханна?
– Что такое, Андре?
Француз расплылся в восторженной улыбке.
– О, хвала богам! – Он положил ей руку на лоб. – Холодный. Лихорадка миновала. Вы очень тяжело болели, сударыня моя, но врач сказал, что, когда лихорадка пройдет, вы очень быстро поправитесь.
Несколько возбужденно Ханна отозвалась:
– Как я могу верить его словам? Все в Бостоне правы насчет него!
– Вот это больше похоже на Ханну, которую я знаю, – весело ответил Андре. – Однако не надо говорить подобное о докторе. Он много раз сюда приезжал и носился с вами как курица с яйцом! Без него вы вполне могли от нас уйти.
Он отступил назад, подпер рукой подбородок и загадочно улыбнулся.
– Сдается мне, что вы вполне поправились, чтобы принять посетителя.
– У меня нет никакого желания никого принимать.
– Ах, ну этого, я думаю, вы принять захотите!
Ханна посмотрела на него безо всякого интереса.
– А почему именно этого?
– Потому что это молодой Вернер, моя дорогая! Майкл Вернер ждет встречи с вами!
– Майкл? – Ханна подняла голову. – Майкл здесь?
– Именно. И сгорает от нетерпения. Он вот уже несколько дней расхаживает туда-сюда по коридору.
– Значит, это был не сон, – тихо сказала она.
Андре покачал головой.
– Нет, сударыня моя, не сон. Он один раз заходил, чтобы взглянуть на вас.
Внезапно разволновавшись, Ханна велела:
– Принесите мне зеркало, Андре. Сейчас же!
Андре вздохнул, вышел в соседнюю комнату и вернулся с ручным зеркальцем. Ханна выхватила его у него из рук и, затаив дыхание, поглядела на свое лицо. Она сделалась очень бледной, лицо вытянулось, однако оспин на нем не было. Она с удивлением пробежала пальцами по щекам и тихо вскрикнула от радости, почувствовав их гладкость.
– Дорогая Ханна, – картинно пожал плечами Андре. – Я пытался вас убедить, что вы не больны оспой. Доктор Бойлстон сказал, что у вас истощение, возможно, легкая инфлюэнца и небольшие побочные эффекты от прививки. Но теперь, конечно же, все прошло.
Ханна вдруг задумалась. Опустила зеркало и поглядела на Андре.
– А как Майкл меня нашел? Как он узнал, что я здесь?
– Примерно два месяца назад я написал ему письмо и сообщил ваш адрес сразу после того, как вы рассказали мне об обстоятельствах вашего поспешного отъезда из «Малверна». Получив письмо, он немедленно уехал с первым же кораблем. Он здесь уже три дня.
Ханна задумчиво посмотрела на француза.
– Вы слишком много на себя взяли без моего согласия!
– Если бы я ждал вашего согласия, сударыня моя, этого никогда бы не случилось.
Ханна замолчала, зная, что Андре говорит сущую правду. Она снова посмотрелась в зеркало. Нужно было задать еще один важный вопрос и получить на него ответ.
– А он знает?.. Он спрашивал?.. – Ханна умолкла. Спрашивать об этом нужно не Андре.
Андре с улыбкой смотрел на нее, подперев подбородок рукой.
– Молодой Вернер ни о чем меня не спрашивал, дорогая Ханна. Похоже, его больше всего беспокоит… – Настала его очередь умолкнуть. Он начал привставать. – Я разрешу ему войти, а там вы оба решайте, кто станет спрашивать, а кто будет отвечать.
– Нет, Андре! – запаниковала она. – Прошу вас! Не сейчас! Нельзя, чтобы он увидел меня вот такой. Помогите мне, пожалуйста! Я должна, по крайней мере, напоминать живого человека, а не недавно восставшего из могилы. Иначе Майкл, увидев меня, тотчас уедет обратно в «Малверн»!
Андре громко рассмеялся.
– Ох уж это женское тщеславие! Очень хорошо, посмотрим, что можно сделать.
