Он был нежен и двигался неторопливо, пока в ней нарастала страсть, и она не могла думать ни о чем ином. Только перед самым концом он сделался грубым, резко входя в нее. Он хрипло шептал ее имя. Когда его тело начало содрогаться, Ханна прижала его к груди. А когда на нее хлынул поток наслаждения, она вздрогнула и вскрикнула, после чего замерла.
И все же, когда она, не шевелясь, лежала под ним, все еще смакуя первые мгновения настоящего наслаждения от любви, Ханна ощутила, как ее грызет червячок сомнения. Она по-прежнему чувствовала себя обделенной. Это был не всепоглощающий экстаз, которого она ждала.
Ханна вздохнула. Возможно, она ждала слишком многого. Бесс рассказывала ей, сколько наслаждения несет любовь между женщиной и мужчиной, желающих друг друга. Может быть, виновата она сама. Хотя Ханна и чувствовала к Джейми все ту же привязанность, она, конечно же, не любила его. Она вспомнила предостережение Андре: «Будет воистину печально, если вы посвятите жизнь ненависти вместо любви, для которой вы созданы».
Может, она позволила изуродовать себя, выжечь из сердца всю любовь из-за ненависти к Амосу Стритчу и Сайласу Квинту? Может, она никогда не сможет полюбить мужчину?
Ее раздумья прервал голос Джейми:
– Вам грустно, Ханна? Вы какая-то… Вам не понравилось?
– Нет, милый Джейми. – Она погладила его по щеке. – Мне очень понравилось.
– Я вас так сильно хотел, Ханна. Но не намеревался вот так на вас набрасываться.
– Все нормально, Джейми, не переживайте, – чуть раздраженно проговорила она. – Потом улыбнулась и весело продолжила: – В конечном итоге Джейми, не вы же лишили меня невинности. Я ведь замужем была, сами знаете.
На его щеках проступил легкий румянец, и Ханне пришлось подавить веселье. Она отрывисто сказала:
– Уже поздно. Мне нужно возвращаться домой.
Джейми с радостью согласился, как показалось Ханне, почти с облегчением.
Они собрали подстилку и принадлежности для пикника, после чего поскакали обратно в «Малверн». Джейми спрыгнул с лошади, чтобы открыть ворота выгона, потом закрыл их. Мгновение постоял у стремени Ханны, внимательно глядя на нее.
– Ханна, я не могу выразить словами, что для меня значит нынешний день.
– Тогда и не пытайтесь, – ответила она, вдруг разозлившись на него.
– Мы на этой неделе еще покатаемся?
Ханна пожала плечами.
– Если захотите. Я езжу каждый день в одно и то же время, с вами или без вас.
Хлопнув Черную Звезду коленями, она направила его к конюшне. Перед тем как проехать в ворота, Ханна обернулась. Джейми все так же стоял на том же месте, глядя ей вслед.
В конюшне стояли рядом Джон и Дики. Дики возбужденно что-то говорил. Джон подошел к Ханне помочь слезть с лошади, потом увел Черную Звезду, чтобы его расседлать.
– Джон только что вернулся из Уильямсбурга, миледи, – сказал Дики. – Город аж гудит от этой новости!
– Это от какой? – рассеянно спросила Ханна.
– Пирата Тича и его шайку схватили, а самого Черную Бороду убили! На прошлой неделе это было. Войско под командованием губернатора взяло на абордаж корабль Бороды «Приключение». Когда Черную Бороду убили, то ему отрубили голову и подвесили ее на бушприте военного корабля!
– Ужас какой! – вздрогнула Ханна.
Из стойла Черной Звезды раздался голос Джона:
– Хорошо, что этого пирата все-таки прикончили. Это было дьявольское отродье.
Ханну не особенно интересовали новости о смерти Черной Бороды, и она ушла из конюшни. На полпути к дому она сбавила шаг, когда вспомнила последнюю ночь в таверне «Чаша и рог» и огромную тушу пьяного пирата, который взял ее силой. Она смутно припоминала, что он был из шайки Черной Бороды. Она искренне надеялась, что он окажется в числе убитых. Но поскольку она не знала, как его зовут, Ханна решила, что никогда ничего и не узнает. Разумеется, она не могла бы себя заставить осмотреть все тела убитых пиратов с целью опознания одного из них, хоть и ненавидела его всем своим существом.
Ханна снова вздрогнула и продолжила идти к дому.
– Я люблю вас, дорогая Ханна! – воскликнул Джейми, утолив свою страсть.
Ханна пробормотала в ответ что-то нечленораздельное.
Через несколько минут он сидел рядом с ней на подстилке, предварительно приведя в порядок одежду. Ханна сидела, прислонившись к дереву, и мечтательно смотрела на реку.
– Ханна?
– Да, Джейми?
– Я хочу взять вас в жены.
Ханна повернулась к нему, неуверенная, что все верно расслышала.
– Как вы сказали?
– Хочу, чтобы вы стали моей женой. – Лицо его сделалось серьезным. – Я люблю вас.
– Очень мило, дорогой. – Ханна не знала, смеяться ей или злиться. – Уверена, что вы думаете, что любите меня…
– Я не думаю, я знаю!
– А не в «Малверн» вы влюблены? – подначила она его.
Он оскорбился.
– Это жестоко, Ханна. Вы же знаете, что это неправда!
– В самом деле? – Она выпрямилась. – Джейми, мне льстит ваше предложение, но, видите ли, я не могу за вас выйти.
– Почему? – почти агрессивно спросил он.
Ханна вздохнула.
– Потому что я вас не люблю.
– Так полюбите!
Ханна покачала головой.
– Нет, Джейми. Не выйду я за вас. Если вы так думаете из-за случившегося между нами, то мне жаль.
