Когда Татьяна приехала из больницы домой праздновать новый год, то первым делом она зашла к своей маленькой и любимой дочке, которую уже давно не видела. Агнесса уже знала, что мама в доме и стала готовиться к представлению, специально разыгранному для нее.
— Это уже лассказала нам сама Татьяна Лыбакова. — Сергей Петрович встал с дивана и подошел к окну. — «Все выглядело так плавдоподобно, — сквозь слезы, болмотала женщина, — что я и подумать не могла, что она это выдумала”.
Рыбакова вошла в комнату и увидела, как Агнесса наносит какую-то мазь себе на тело и хорошенько ее втирает в кожу. Увидев, что она в комнате не одна, девочка быстро натянула на себя халат.
— Мамочка! — радостно зачирикала Агнесса, прижавшись к огромному материнскому животу. — Ты приехала уже навсегда? Братик уже родился? — прикидывалась она глупым и наивным ребенком.
— Нет, ангел мой, — ответила ей Татьяна, перебирая черные волосы девочки. — Ребеночек еще не родился. Видишь, какой у меня еще большой живот.
Татьяна внимательно посмотрела в глаза ребенка, пытаясь понять, что случилось с дочкой за время ее отсутствия.
— Что это за мазь? — спросила она девочку, сев на постели.
— А … э … ы …, - пыталась Агнесса что-то сказать, запинаясь.
— Это мазь от ссадин, — сказала Татьяна, прочитав на упаковке. — Зачем она тебе? Кто тебе ее дал?
Девочка молчала, как будто набрала воды в рот.
Татьяна, не выдержав ее молчания, стянула с нее халат.
По всему ее телу были синяки. Особенно большие ссадины находились на руках и ногах, выше локтей и колен. Татьяна схватилась за сердце рукой от увиденного ужаса. С глаз хлынули слезы.
— Кто это сделал? — спросила она тихим голосом малышку.
— Я упала с лестницы, — быстро ответила Агнесса.
— Не ври мне. От этого не бывают такие ссадины. Кто это сделал, милая? Не бойся, я тебя защищу. Тебе больше никто не посмеет сделать больно.
— Я не могу. Он запретил мне. Я его боюсь. Он плохой …, - стала плакать Агнесса. — Он … мне … делает … больно, — заикаясь, сказала девочка, заплакав. — Он … п-п-приходит … к-к-каждый в-в-ечер … когда я т-т-только с-с-спать л-л-ложусь …
Плечики Агнессы стали трястись от частых рыданий. Татьяна обняла малышку за плечики легонько, чтобы не причинить ей боли, но девочка все равно вскрикнула, увернувшись от объятий матери. На спине у нее Татьяна увидела еще больше ссадин. Опустив глаза вниз, она от ужаса закрыла их, чтобы не видеть той кошмар. Вся ее попа была похожа на одно красное яблоко. Ноги были усеяны страшными ссадинами, начиная от икр.
— Кто это сделал с тобой, доченька? — рыдая, спросила Татьяна.
— П-п-п-п-пап-п-па, — еле вымолвила малышка.
Татьяна схватилась за живот, закричав от ужасной боли. Агнесса натянула на себя халат, который полностью скрыл все ее ссадины.
— Он все время повторял, что я должна выполнять твои обязанности, пока ты носишь ребенка.
От этих слов у Татьяны пошла кровь, залив то место кровати, на котором она сидела.
— Ну, а дальше вам уже известно, — окончил грустный рассказ полковник, сев обратно на диван.
Мы были шокированы этим рассказом.
— Как она имитировала все те ссадины? — спросила я. — Она, что сама себя отлупила?
— Да.
Мы снова все замолчали. У меня мурашки побежали по всему телу. К горлу подкатил комок, не дающий мне свободно вздохнуть.
— Такого не пожелаешь своему злейшему врагу! — очнулась первой моя мама. — Дошенька, милая, — обратилась она внезапно ко мне, — прости ты меня, дуру неблагодарную!
Мои зрачки расширились от удивления.
— Я больше не буду тебе мешать работать в милиции. Если ты этого хочешь, то, пожалуйста. Ты у меня самая лучшая дочь в мире!
— Спасибо тебе, мама, — поблагодарила я ее.
Мне было так неловко от ее похвалы, что я раскраснелась, как свекла. Чтобы сменить неловкую для меня обстановку, я задала полковнику вопрос.
— Сергей Петрович, а что случилось дальше с Рыбаковыми?
— Лежа в лоддоме, Татьяна была лазбита молально смелтью своего сына. Однако, еще больше ее угнетала мысль о том, что в то влемя, как она отлеживалась на больничной койке, ее малышка Агнесса находилась одна в доме с ее насильником. Ее телзала мысль, что Вениамин плодолжает издеваться над малышкой. Он же тогда не появлялся в ее палате больше четылех дней из-за инфалкта, но ей влачи об этом не сообщили, чтобы не тлавмиловать ее еще больше. Поэтому она лешает сбежать с лоддома, тайно плоникнуть в свой дом и заблать Агнессу оттуда. Она лешила сбежать от мужа-насильника.
— И что ей это удалось? — перебила папу Муся.
— Неужели Татьяна поверила этой Агнессе? — добавил мой папа. — Она что разлюбила Вениамина?
— Как она могла усомниться в нем? — поддержала его мама.
— Лебята, хватит меня пелебивать, — потребовал полковник. — Иначе я собьюсь с мысли и плопущу что-то важное.
Мои родители и Муся умолкли и внимательно приготовились слушать полковника. Сергей Петрович продолжил свой рассказ.
64
