Теперь же они открыто выступили против врагов Ордена, а взрыв и крики в тылу ясно говорили, что предатели в лагере ждали этого момента. Заговорщица на мгновение прикрыла глаза, давая себе время оценить обстановку. Нападение с фронта, от берега, было очевидным, но первые выстрелы раздались с дальнего левого края лагеря. Там из лесного озера вытекала судоходная река, связывающая лагерь с океаном. Там же лодка должна была забрать Тукуура, но это в данный момент было лишней подробностью. На правом краю лагеря пока всё было тихо, но если враг стремился не просто напугать, а разгромить повстанцев, ему стоило ударить с обоих флангов.
Это казалось очевидным. Мохнатые увереннее всего чувствуют себя в лесу. Они не стали бы контратаковать чтобы сбросить пловцов-хамелеонов в воду, где те обладают полной свободой манёвра. Заманить в лес — вот первая мысль командира-островитянина. Поэтому хамелеоны руками предателей поставили огневой заслон в тылу, оставив мохнатым два направления — вправо и влево. Лесные люди — дневные существа, ночная атака собьёт их с толку. Часть будет прорываться в одном направлении, часть — в другом. Отряд, атакующий от берега, разрежет их на две половины. Те, кто наступает с флангов… Или, скорее, не наступает, а ждёт на границе реликтовой рощи, где мохнатым придётся спуститься с гигантских деревьев на землю. Если бы она была командиром хамелеонов, поступила бы именно так.
Илана набрала в лёгкие воздух и изо всех сил дунула в свисток. Пронзительная трель сигнала "все ко мне" быстро затихла в густой листве, но её подхватили те из бойцов, кто оказался поблизости. Не переставая свистеть, дочь плавильщика побежала по широкой ветке прочь от берега, к центру лагеря. Её план был прост — собрать как можно больше бойцов и обрушиться на правофланговый отряд хамелеонов. Прорвать заслон и уходить в джунгли, где противник побоится их преследовать. Потом можно попытаться отбить лагерь, но сейчас, в темноте и хаосе, не зная численности врага, принять бой было бы самоубийством.
Но для того, чтобы план удался, вести детей Громовержца в бой должен был их старый командир. Поэтому, как только вокруг Иланы собрался небольшой отряд мохнатых воинов, она повела их туда, где стоял командный шатёр Высокого Пятого. Несколько раз они натыкались на тройки и четвёрки хамелеонов, беззвучно скользившие среди ветвей. Увидев крупный отряд, враги тут же спасались бегством, но их путь отмечало достаточно трупов, чтобы Илана изменила свой взгляд на их тактику. Люди волн хуже мохнатых лазали по деревьям, но отлично видели в темноте. Пользуясь этим, они не дожидались, пока Дети Грома спустятся на землю, а решительно вторгались на их территорию, охотясь на одиночек, чтобы раздуть панику.
То и дело из густой листвы прилетали метательные дротики, а иногда даже звучали мушкетные выстрелы. То один, то другой из окружавших Илану воинов падал, сражённый незримой рукой, но она продолжала вести отряд вперёд, не давая противнику отвлечь её бесплодной погоней. Упорство дочери плавильщика дало результат. Всё больше одиночек и мелких отрядов прибивалось к её группе, и врагам становилось всё труднее оставаться незамеченными. Одну группу хамелеонов бойцы Иланы застали врасплох. В короткой схватке погибли трое врагов и один сын Грома. Одного из хамелеонов удалось оглушить и связать.
Когда Илана и её бойцы добрались до основного лагеря, их взглядам открылась мрачная картина. Подвесные мостики, соединявшие гигантские стволы, были обрезаны. К дальнему краю лагеря уже подобрался огонь со стороны подожжённого склада, где хранились остатки смолы и селитры для огненных лодок. Пламя разгорелось столь жарко, что даже сырая листва и обросшие мхом стволы деревьев не могли ему противостоять.
Полтора десятка пиратов и островных воинов собралось на площадках и мостиках возле хижины Высокого Пятого. Укрываясь за плетнями и досками, они вели беспорядочный огонь по ветвям соседних деревьев, где заняли позиции мушкетёры хамелеонов. Те отвечали редко, но с гораздо большей точностью. Внизу большой отряд копьеносцев дожидался когда у детей Громовержца закончится порох.
Отряд Иланы обрушился им на головы словно град перезрелых яблок. Ошеломлённые внезапной атакой, хамелеоны смешались и отступили. Этой передышки хватило защитникам лагеря чтобы спуститься со своего ствола и присоединиться к товарищам. Среди них был и Высокий Пятый — перепачканный кровью, со сломанной рукой, но живой. Быстро, чтобы не потерять инициативу, он повторил своим воинам приказы Иланы, даже не особо задумываясь над ними.
