«Сегодня в «Известиях» опубликовано сообщение об экстренном заседании ВЦИК, Московского Совета и Центральных профсоюзных организаций — социалистическое отечество в опасности, все должно быть подчинено отражению натиска чехословаков. Восточный фронт признан главным.
Со всех сторон развернулась бешеная атака Советской России. Идет наступление на Казань, Архангельск. Создаются различные правительства. На Волге после занятия Самары возник Комуч — Комитет членов Учредительного собрания.
Нет сомнения, что, заняв Архангельск, англичане сформируют удобное для них «правительство». В состав этих не известно кем избранных «правительств» входят эсеры, меньшевики, кадеты.
В Москве мобилизуют коммунистов на Восточный фронт».
Штабную тишину Оперативного отдела Народного комиссариата по военным делам нарушили необычные посетители, вызванные из разных городов России по распоряжению Ленина. Накануне их приезда начальник отдела поручил подготовить карты обстановки на всех фронтах и обзор военных действий. Старший сотрудник отдела Кузьмин, нередко докладывавший Ленину обстановку на фронте, был озадачен:
— Семен Иванович, я должен знать, для какой аудитории готовить их.
— К сожалению, никто не знает, кого пришлют. Наверное, придется делать популярный обзор. Владимир Ильич придает большое значение этому совещанию, сказал, что обязательно приедет сам. Попробую во время регистрации выяснить образовательный ценз, военную подготовку вызванных на совещание.
После регистрации выяснилось, что приехали главным образом рабочие с низшим образованием — ткачи, токари, кожевники, грузчики, водники. Многие из них участвовали в боях на русско-германском фронте, но только один имел чин прапорщика.
Посреди большого зала стоял стол, вокруг — табуретки и скамейки, на стенах были развешаны оперативные карты.
Ленин приехал за несколько минут до начала совещания. Он прошел к столу, просмотрел список участников совещания, заполнивших зал.
— Представлены почти все города Центральной России. Жаль, нет Севера и Сибири. К ним нужно, товарищ Аралов, послать ваших сотрудников, пусть соберут совещания, расскажут о положении на фронтах. И сами на месте ознакомятся с обстановкой. Как бы ни были хороши и достоверны донесения и сводки, они полной картины не воссоздают… Товарищи рабочие, — обратился Ленин к собравшимся, — разгорается война не на жизнь, а на смерть с нашими внешними и внутренними врагами. Мы не хотели и не хотим войны. Нам ее навязывают империалисты и контрреволюционеры-монархисты. Нам остается только воевать. Мы не можем позволить, товарищи, чтобы враги народа задушили великую пролетарскую социалистическую революцию!
— Не можем, товарищ Ленин! Не позволим! Отстоим революцию! — раздалось из зала.
— Ваши голоса, — продолжал Ленин, — убеждают, что рабочий класс не позволит империалистам и контрреволюционерам-монархистам свершить свое грязное дело. Положение, товарищи рабочие, чрезвычайно сложное. Без преувеличения, смертельно опасное. В каком положении мы находимся в военном отношении, доложит товарищ Аралов.
Аралов начал доклад, но Ленин вдруг остановил его, подозвал сотрудника Оперативного отдела, попросил принести общую карту:
— Нагляднее увидим, лучше. Кстати, должен сообщить вам, товарищи, что англичане ввели свои войска в Баку. Им помогли это сделать предатели: эсеры, дашнаки, меньшевики.
Из принесенных карт Ленин выбрал одну, разложил на столе.
— Смотрите внимательно, товарищи, — и стал показывать расположение и движение сил противника. Рабочие сгрудились вокруг. — Продолжайте, товарищ Аралов, а работники Оперативного отдела пусть сядут между рабочими и показывают, где происходят события, о которых вы сообщаете.
Докладчик познакомил рабочих с обстановкой на фронтах. Как только он закончил, поднялся Ленин.
— Видите, товарищи, каково положение. Англичане и французы захватили Мурманск, Архангельск, Кемь, Сороки, Онегу — на севере; Баку, Туркестан, Закавказье — на юге и востоке; Волгу и Украину — в центре. Помещики, кулаки, капиталисты пылают ненавистью к Советской власти. Опираясь на интервентов, оккупантов, они в Ярославле и других местах подняли мятежи…
